vitkvv2017 (vitkvv2017) wrote,
vitkvv2017
vitkvv2017

Франклин Рузвельт: победитель депрессии

                                    Самый результативный американский политик ХХ века. Великий реформатор. Коммунист, фашист, шарлатан, клятвопреступник. Спаситель западного капитализма. Глупая голова с мессианским комплексом и мозгом бойскаута. Последняя надежда демократии. Первый президент масс-медиа. Политическая Джульетта, флиртующая с народом на балконе Белого дома…Все это было сказано о нем — о тридцать втором президенте США Франклине Делано Рузвельте. При жизни одни превозносили его, другие обвиняли во всех смертных грехах. С его именем связана целая эпоха в истории Соединенных Штатов. И прежде всего ФДР известен как человек, выведший Америку из Великой депрессии. Его экономическая политика до сих пор вызывает дискуссии среди специалистов. Но никто не может оспорить знаменитый тезис, озвученный Рузвельтом при вступлении в должность: «Единственное, чего следует бояться, — это сам страх». Непревзойденный социальный психолог, Франклин Рузвельт первым понял: главная опасность — когда депрессия царит не только на фондовых рынках, но и в людском сознании.
ЮНЫЕ ГОДЫ
Франклин Делано Рузвельт родился 30 января 1882 года. По американским меркам он был настоящим аристократом – выходец из богатой и влиятельной семьи, осевшей в Новом Свете в середине XVII века, сын крупного землевладельца и коммерсанта Джеймса Рузвельта. Детские годы Франклин провел в Гайд-Парке, живописном родовом поместье, расположенном на полпути между Нью-Йорком и столицей штата городом Олбани.
Родители, души не чаявшие в единственном сыне, постарались обеспечить Франклину классическое «золотое детство». Но в то же время Рузвельты придерживались демократических традиций и не считали, что человек, родившийся в состоятельной семье, может сунуть руки в карманы и наслаждаться жизнью. Он должен крепко стоять на ногах, усердно работать, быть примерным гражданином и осознавать личную ответственность перед обществом.
В жизни мальчика царил строгий распорядок, установленный родителями: в семь часов подъем, в восемь завтрак, затем три часа уроков, отдых с двенадцати до часа, ланч и вновь занятия до четырех часов дня. Маленький Франклин страшно обрадовался, получив в подарок шотландского пони и породистого сеттера. Но родители тут же предупредили сына: отныне вся забота о его домашних питомцах лежит только на нем, именно он обязан ухаживать за собакой и пони. «Это была безумно трудная работа!» — вспоминал повзрослевший Рузвельт.
Франклин вынес из отчего дома непоколебимую уверенность в себе. С ранних лет он привык общаться с представителями американской элиты. Первое посещение Белого дома состоялось в пятилетнем возрасте: Рузвельт-старший представил своего сына президенту Гроверу Кливленду. «Мой мальчик, у меня странное пожелание, — погладив ребенка по голове, с тяжелым вздохом произнес Кливленд. — Никогда не будь президентом Соединенных Штатов!»
Интересы юного Рузвельта не выдавали в нем будущего политика. Подросток увлекался коллекционированием марок, любил плавание под парусом, мечтал о далеких путешествиях и карьере военного моряка.
В 1896 году 14-летнего Франклина отдали в престижную частную школу Гротон близ Бостона. Здесь он изучал латинский, греческий, французский, немецкий языки, европейскую историю. Его успехи в науках были отмечены премией — 40-томным собранием сочинений Шекспира. Но вскоре Рузвельт заметил, что на круглых отличников школьный коллектив смотрит косо, и решил внести разнообразие в свой табель. Получив первую неудовлетворительную оценку, Франклин написал матери: «Я весьма этому рад, так как до сих пор считалось, что у меня нет чувства школьной корпоративности». Уже тогда он был неплохим психологом! Рузвельт окончил Гротон в 1899-м. В его аттестате значилось: «Он был чест ным учеником и весьма удовлетворительным членом коллектива на протяжении всей учебы».
18-ти лет от роду Франклин поступил в Гарвард — колыбель американской политической элиты. Юноша записался на максимально возможное число курсов: он изучал английскую и французскую литературу, геологию и палеонтологию, но особое внимание уделял истории, государственному праву, экономике и ораторскому искусству. Франклин увлекся журналистикой, стал корреспондентом, а затем и редактором студенческой газеты «Harvard Crimson». Именно в эти годы сформировалось политическое мировоззрение Рузвельта, о котором один из его соратников позже напишет: «Либерализм лежал в душе и сердце этого человека, в его действенной любви к людям, в его собственной вере в справедливость, в его ненависти к алчности, унижении слабых, в его презрении к наглецам и нахалам, будь то Гитлер или владелец предприятия, эксплуатирующий детский труд».
К 25 годам план завоевания Белого дома у Рузвельта был готов: избрание депутатом парламента от штата Нью-Йорк, затем место статс-секретаря в военно-морском ми¬нистерстве, губернаторство штата Нью-Йорк и, наконец, президентское кресло...
ПОЛИТИК
Окончив Гарвард в 1904 году, Франклин Рузвельт поступил в юридическую школу Колумбийского университета. А через год женился на обаятельной Элеоноре Рузвельт, своей кузине в пятом колене и племяннице тогдашнего президента Теодора Рузвельта. Ни о каком расчете и речи не шло: это была настоящая романтическая любовь. Супруга подарила Франклину четырех сыновей и дочь.
В 1907-м Рузвельт устроился в из¬вестную юридическую фирму на Уолл-стрит. Но юриспруденция показалась ему довольно скучным делом, и вскоре молодой человек решил попробовать себя в политике. В 1910 году один из боссов Демократической партии предложил Франклину выставить свою кандидатуру на выборах в законодательное собрание штата Нью-Йорк. Рузвельт согласился не раздумывая. Политический дебют оказался успешным.
Спустя два года Рузвельт принял активное участие в президентской кампании демократа Вудро Вильсона, обеспечив ему победу в штате Нью-Йорк — рекордном по числу выборщиков. В благодарность новоиспеченный президент Вильсон назначил Франклина заместителем военно-морского министра. Этот пост Рузвельт занимал в течение семи лет.
«Юноша, который желает стать великим человеком или так или иначе оставить след в этой жизни, должен решиться не только преодолеть тысячу препятствий, но и по¬бедить, несмотря на тысячу неудач и поражений».
В то время в Соединенных Штатах были популярны идеи изоляционизма. Считалось, что из-за своей географической удаленности Америка является неприступной крепостью и может позволить себе не вмешиваться в дела остального мира. Но Франклин Рузвельт, в отличие от большинства соотечественников, обладал глобальным мышлением и видел США ведущим мировым игроком.
«Чтобы вступить в мировую политику, – указывал он, – Америка должна вооружиться на морях. Мы не можем вести боевые действия с флотом Германии и дредноутами Англии, имея в своем распоряжении лишь канонерские лодки. Большой флот нужен для того, чтобы противник не смог превзойти нас в любой удаленной части мира, нанести вред нашей торговле и разрушить наше влияние повсюду в мире. Наша национальная оборона должна охватывать все западное полушарие, морские пространства на тысячи миль от наших границ».
В 1920 году Рузвельт был выдвинут кандидатом на пост вице-президента США от Демократической партии. Вы боры выиграли республиканцы, но фиаско не заставило Франклина впасть в уныние: «Слава Богу, мы еще сравнительно молоды!» И Рузвельт занял пост вице-президента крупной финансовой корпорации с окладом, впятеро превышавшим его жалованье в бытность заместителем министра.
А летом 1921 года, во время отдыха на канадском курорте Кампобелло, произошло несчастье, перевернувшее всю жизнь 39-летнего Франклина. Они с сыновьями катались на яхте, и заметив лесной пожар на одном из островков, сошли на берег, чтобы его потушить. Затем, ставшие и разгоряченные, искупались в холодной воде. По возвращении домой Рузвельт почувствовал себя плохо. Отнялись ноги... Врачи поставили страшный диагноз – полиомиелит. Борясь с болезнью, Рузвельт проявил железную волю. Начались упорные тренировки. От своих друзей Франклин узнал о заброшенном курорте Уорм-Спрингс с горячими минеральными источниками. Он возродил курорт, а себе построил в Уорм-Спрингс небольшой дом. Целебные воды и ежедневные упражнения позволили Рузвельту заметно окрепнуть и восстановить работоспособность, хотя передвигаться самостоятельно он так и не смог.
Большую поддержку Франклину оказала его жена Элеонора. Впоследствии она вспоминала: «Болезнь мужа окончательно заставила меня встать на собственные ноги. Поддерживая его, я обрела силу сама». Мать Рузвельта настаивала на уходе больного сына из политики, но Элеонора решительно воспротивилась свекрови.
Элеонорой в 30-е и 40-е годы восхищались в США больше, чем кем-либо другим. Она не только стала «глазами и ушами» мужа, участвовала в избирательных компаниях, выступала со статьями, но и боролась за всех «униженных и оскорбленных»
В 1928 году Демократическая партия выдвинула Рузвельта кандидатом на пост губернатора штата Нью-Йорк. С само¬го начала мужественный политик решил: избиратели не должны видеть его беспомощным калекой! Один из предвыборных митингов проходил в зале, где не было кулис. На сцену можно было попасть либо через зал – для чего Рузвельта пришлось бы везти в инвалидной коляске, – либо через запасной ход, воспользовавшись пожарной лестницей. И Рузвельт поднялся по ней на одних руках…
Франклин Рузвельт выиграл губернаторские выборы с минимальным преимуществом в 25 тысяч голосов. В 1930-м он будет переизбран на второй срок с перевесом в 725 тысяч голосов.
ДЕПРЕССИЯ
24 октября 1929 года вошло в американ¬скую историю как «черный четверг». В тот день на нью-йоркской фондовой бирже началась паническая распродажа акций: лопнул пузырь, порожденный спекулятивным бумом 1920-х. К концу дня одиннадцать хорошо известных на Уолл-стрит дельцов покончили с собой. Биржевой крах вызвал цепную реакцию и стал отправной точкой легендарной Великой депрессии. В США разразилась настоящая экономическая катастрофа.
Впоследствии сторонники Рузвельта обвиняли президента-республиканца Герберта Гувера в бездействии. Этот упрек был не вполне справедлив: администрация Гувера пыталась уменьшить масштабы депрессии, но на пике эконо¬мического кризиса никакие меры не помогали. Банки и компании, которые Гувер надеялся спасти от банкротства с помощью государственных вливаний, вылетали в трубу после мучительной агонии. К 1932 году депрессия достигла апогея: 12 миллионов безработных, сотни тысяч фермеров, лишившихся земли за долги, двукратное сокращение промышленно¬го производства, тысячи разорившихся компаний и лопнувших банков…
Крупнейший мегаполис США являл собой безрадостную картину. Издали казалось, будто центр Нью-Йорка объят пожаром — чтобы согреться, бесчисленные нищие разводили костры в железных канистрах. Из 86 городских театров пятьдесят восемь пустовали. Безработные продавали на улицах Манхэттена яблоки по 5 центов за штуку, надеясь принести домой хоть что-нибудь. Высочайший в мире небоскреб Эмпайр Стейт Билдинг, открытый в 1931 году, сдал внаем лишь одну четверть своих помещений, и остряки окрестили его «Эмпти Стейт Билдингом» (empty – пустой). Толпы людей рылись в мусорных свалках близ Риверсайд-парка – кто палкой, а кто и голыми руками. Станции метро превратились в огромные ночлежки для бездомных ньюйоркцев. На Таймс-сквер с военных грузовиков раздавали бесплатный суп: в очередях за похлебкой нередко попадались респектабельные мужчины в элегантных пальто и фетровых шляпах.
Один из современников писал: «Не будет ошибкой сказать, что повсюду распространилась некая апатия, уныние побежденного. Я нахожу, что во всех живет одно и то же чувство – страх, страх… непреодолимый страх перед будущим».
Государственная помощь безработным в США отсутствовала. Миллионы обездоленных людей остались один на один с экономическим бедствием и впали в отчаяние. В это тяжелое время губернатор штата Нью-Йорк Франклин Рузвельт выступил с революционной инициативой: «Одна из обязанностей государства – забота о гражданах, которые стали жертвами неблагоприятных обстоятельств и не могут обеспечить свое существование. Помощь этим несчастным гражданам должна быть представлена правительством не в форме милостыни, а в порядке выполнения общественного долга».
В 1931 году Рузвельт создал Временную чрезвычайную администрацию по оказанию помощи нуждающимся безработным. На ее деятельность было выделено 20 миллионов долларов. Вскоре каждый десятый житель штата Нью-Йорк получал помощь от властей. Конечно, она была мизерной, но спасала людей от голодной смерти.
Социальные мероприятия энергичного губернатора принесли ему широкую популярность. Летом 1932-го Франклин Делано Рузвельт, или просто ФДР, как нарекли его газетчики, стал кандидатом в президенты США от Демократической партии. Избирательную кампанию Рузвельта пронизывала одна мысль: необходимы перемены. ФДР пообещал Америке «Новый курс».
Фактически и Рузвельт, и Гувер, решивший баллотироваться на второй срок, были сторонниками активного государственного вмешательства в экономику. Но Гувер сосредоточился на помощи хозяйствующим субъектам, в то время как Рузвельт призывал вспомнить о «забытом человеке, находящимся в основе социальной пирамиды». Это было как раз то, что хотели услышать простые американцы, сломленные экономическим кризисом.
В своей программной речи Фран¬клин Рузвельт заявил: «Каждый человек имеет право на жизнь, а это значит, что нельзя отрицать и его права на достаточно обеспеченные жизненные условия. Правительство должно дать каждому человеку возможность добиться своим трудом обладания необходимой для его нужд части общественного богатства. Если для обеспечения этого права человека надо ограничить собственнические права спекулянта, манипулятора, финансиста, я считаю такое ограничение совершенно необходимым».
ФДР был талантливым оратором и прекрасным социальным психологом. Обращаясь к деморализованным со¬отечественникам, измученным депрессией, он излучал бодрость и оптимизм. Пресса называла президента Гувера «насупленным инженером из Пало-Альто», а его соперника – «смеющимся мальчиком из Гайд-Парка». Неизменная улыбка стала важным аргументом в его пользу. В 1932-м самой популярной песней Америки была унылая мелодия«Брат, не подашь ли грош?». Хитом изирательной кампании демократов, лидером которых был Рузвельт, стала жизнерадостная песня «Вновь наступают счастливые дни».
Франклин Рузвельт олицетворял Надежду и Перемены. Кроме того, в запа¬се у него имелся еще один козырь – обещание отменить крайне непопулярный «сухой закон».
Во время предвыборных поездок по США харизматичного кандидата Рузвельта встречали огромные ликующие толпы. Его соперника Гувера, чье имя ассоциировалось с кризисом и нищетой, забрасывали гнилыми овощами. Выборы состоялись 8 ноября 1932-го. Рузвельт набрал 22 833 000 голосов против 15 762 000, поданных за Гувера, победив во всех штатах, кроме шести. Демократы не только выиграли президентские выборы, но также получили большинство в Палате представителей и стали контролировать Сенат.
«НОВЫЙ КУРС»
В то время президент, избранный в ноябре, вступал в должность в начале марта следующего года. Как ни странно, «пауза» между выборами и передачей власти сыграла на руку Рузвельту. К весне 1933-го низшая точка кризиса осталась позади, и в американской экономике появились первые признаки оживления. Тем не менее положение оставалось очень тяжелым. Америка взирала на Рузвельта с надеждой.
4 марта 1933 года, принимая президентскую присягу, Франклин Рузвельт заявил: «Прежде всего позвольте выразить мое твердое убеждение, что единственное, чего следует бояться, – это сам страх, безрассудный, безликий, неоправданный ужас, который парализует усилия, необходимые для превращения отступления в наступление».
И новый президент пошел в атаку. Пожалуй, главным оружием Рузвельта была эффективная информационная политика. Президентским ноу-хау стали «Беседы у камина» – регулярные радио-выступления, в которых ФДР разъяснял соотечественникам суть и цели своих реформ, побуждая поверить в успех. Он обращался к простым гражданам, как к близким друзьям, говорил доступно и откровенно. «Беседы» собирали у радио-приемников 40-миллионную аудиторию. Рузвельт отлично понимал, что основной капитал любого правительства – это народное доверие, и он добился своего.
Разработкой экономических реформ занималась собранная президентом группа видных ученых, окрещенная «Мозговым трестом». В администрации Рузвельта не было единомыслия: приверженцы масштабного планирования соседствовали с противниками крупного бизнеса. ФДР сознательно возбуждал среди своих сотрудников конкуренцию и конфликты, вынося из бурных дискуссий наиболее интересные идеи. Рузвельт никогда не сковывал себя догматическими схемами, отдавая предпочтение импровизации и смелым экспериментам. Президент сравнивал себя с защитником в американском футболе, который «сигнализирует новую подачу, после того как увидел, что получилось в результате предыдущей».
Франклин Рузвельт умел с завидным мастерством превращать проблемы в их решения. Так, столкнувшись с повсеместным закрытием банков весной1933-го, президент объявил их законно закрытыми, назвав это «Банковскими каникулами». Импровизированные «каникулы» были использованы для инспекции банковской системы. Банки, признанные надежными, получили государственную поддержку. Остальные прекратили свое существование.
Обладая редким даром убеждения и огромным запасом народного доверия, Рузвельт мог принимать непопулярные решения, которые Америка не простила бы никакому другому политику. В 1934-м президент объявил о почти двукратном снижении курса доллара по отношению к золоту. Более того, запрещалось частное владение золотыми слитками и монетами. Американцев обязали сдать все имевшееся у них золото государству – причем по старой, гораздо более низкой цене. Призвав на помощь всю свою харизму, Рузвельт убеждал население в необходимости этой чрезвычайно непопулярной меры, указывая, что «консолидация ресурсов нужна, чтобы вывести Америку из депрессии». В 1936-м все собранное государством золото торжественно свезли в специально построенное хранилище Форт-Нокс.
Рузвельтовский «Новый курс» предусматривал ряд социальных мероприятий. Правительство обязано помогать малообеспеченным гражданам – эта идея укоренилась в умах американцев при Франклине Рузвельте. Была введены минимальные пособия для нуждающихся безработных. В то же время ФДР не уставал повторять: «Людям нужны не подачки, а работа!» Главным лекарством от безработицы стало масштабное строительство за федеральный счет. Наняв в общей сложности восемь с половиной миллионов человек, администрация Рузвельта построила 122 тысяч общественных зданий, 77 тысяч мостов, 285 аэродромов, 664 тыс. миль дорог.
Федеральное правительство стало активно вмешиваться в конфликты предпринимателей и рабочих на стороне последних. За время «Нового курса» был принят ряд актов, усиливших роль профсоюзов в переговорах с большим бизнесом. Закон Вагнера, принятый в 1935-м, легализовал коллективные до говора и забастовки. Правые консерваторы не замедлили объявить Рузвельта опасным революционером и «красным». ФДР парировал: «Мы против революции. Поэтому мы ведем войну против условий, вызывающих революцию, – неравенства и несправедливости».
Некоторые законы «Нового курса» были довольно противоречивы – например, Акт о регулировании сельского хозяйства. Правительство выплачивало фермерам премии за сокращение производства – чтобы повысить цены на сельхозпродукцию до уровня, при котором окупались затраты. Под надзором федеральных чиновников фермеры уничтожали урожай и забивали скот, а между тем многие семьи по всей Америке недоедали.
Не принесла желаемых результатов попытка регулирования промышленности с помощью отраслевых «кодексов честной конкуренции», определявших условия и объем производства, минимальный уровень цен и т. д. Администрация национального восстановления (НРА), контролировавшая соблюдение кодексов, прославилась многочисленными злоупотреблениями. Скандальную известность получило дело одного портного из Нью-Джерси, отправленного в тюрьму по обвинению в том, что он брал 35 центов за глажку костюмов, в то время как отраслевой кодекс портных запрещал брать менее 40 центов. Местный судья прочел о деле в газетах, распорядился освободить беднягу и отдал ему для глажки свои брюки… В мае 1935 года Верховный суд США единогласно признал НРА неконституционной.
Конкретные мероприятия администрации Рузвельта далеко не всегда оказывались эффективными, возрождение экономики шло медленно и болезненно, миллионы людей по-прежнему оставались за чертой бедности. Но Франклин Рузвельт сделал главное – он победил ментальную депрессию, всеобщее уныние и апатию. «Смеющийся мальчик из Гайд-Парка» сумел заразить нацию своим оптимизмом. Парализующий страх перед будущим исчез. «Новый курс» заставил американцев вновь поверить в свои силы, в свою страну, в свое правительство. И эта вера помогала Америке стойко переносить все тяготы восстановительного периода.
ФДР попал в тон с духом времени, он опирался на добродетели коллективизма, столь характерные для 30-х годов, и стал кумиром американской интеллигенции. Президент США был весьма популярен и среди европейских либералов – он опровергал распространенный тезис, будто демократия свое отжила, и надо выбирать между двумя мрачными крайностями: коммунизмом и фашизмом. Рузвельт заявлял: «Другие страны могут пожертвовать демократией ради того, чтобы продлить жизнь старой, дискредитировавшей себя знати. Мы же возвращаем людям благополучие и уверенность в завтрашнем дне, гарантируя власть самого народа».
А вот консервативная элита, чьи интересы и привилегии задевал «Новый курс», Рузвельта ненавидела. Президента считали разрушителем американских устоев и чуть ли не коммунистом, обвиняли в диктаторских замашках и сравнивали со Сталиным.
Противники «Нового курса» выливали на Рузвельта ушаты грязи. Злые языки утверждали, что президент страдает эдиповым комплексом, проказой, наркоманией и раком, что его паралич «неумолимо подбирается к голове», а неизменная улыбка — признак слабоумия. Ходили слухи, что Рузвельта опекает личный психиатр, внедренный в Белый дом под видом курьера, а на окнах президентской резиденции, чтобы ФДР из них не выбросился, установлены решетки. Кое-кто даже намекал, что роль американского лидера исполняет актер-двойник, а настоящий Рузвельт давно помещен в психлечебницу…
Нетерпимость американской элиы к президенту Рузвельту неплохо описана писателем И Томасом Вулфом. В кают-компании роскошного океанского лайнера Вулф упомянул о своем намерении поддержать Рузвельта на очередных выборах. Разразилась буря: «Накрахмаленные рубашки начали накручивать свои спины, как рулетки. Девичьи шеи, которые только секунду назад были белы и грациозны, словно лебединые, внезапно так надулись от энергии и патриотической ярости, что бриллиантовые ожерелья разорвались и разлетелись на кусочки. Мне было сказано, что если я проголосую за этого гадкого коммуниста, этого злобного фашиста, этого интригана и заговорщика-социалиста и его банду конспираторов, то я больше не смогу считать себя американским гражданином».
Но антипрезидентская паранойя богачей лишь обеспечивала Рузвельту дополнительные симпатии среднего класса, молодых интеллектуалов и журналистов, формировавших общественное мнение. В 1936 году ФДР был триумфально переизбран на второй срок: он победил во всех американских штатах, кроме двух.
ВОЙНА
«Новый курс» Рузвельта был скорее психологическим, нежели экономическим чудом. Лишь в марте 1937-го объем промышленного производства достиг уровня 1929 года, а уже через несколько месяцев последовал рецидив депрессии: резкий производственный спад, 10 миллионов безработных.
Подлинным спасителем американской экономики оказалась Вторая мировая. 1 сентября 1939-го на нью-йоркской фондовой бирже наступило радостное смятение. Война была идеальным покупателем: она потребляла американскую продукцию в огромных количествах и тут же уничтожала ее на полях сражений, чтобы потребовать еще. Вскоре стоимость промышленного производства в долларах окончательно превзошла уровень 1929 года.
В США по-прежнему господствовали изоляционистские настроения, и большинство американцев выступали за нейтралитет. Однако Франклин Рузвельт был убежден: в условиях, когда агрессивные диктаторы жаждут завоевать Евразию, США не могут оставаться в стороне. Президент старался донести эту мысль до своих сограждан. Летом 1940-го он заявил: «Америка не может быть одиноким островом в море, где господствует сила. Это было бы кошмаром, подобным существованию в тюрьме и кормлению через решетку торжествующими и безжалостными хозяевами других континентов». Рузвельт настаивал на активных действиях: оставаясь нейтральной, Америка должна помогать противникам Германии и Японии, а также наращивать собственную военную мощь. «Мы должны стать великим арсеналом демократии!» – убеждал соотечественников ФДР.
В 1940 году вторая каденция Рузвельта подошла к концу. Негласная традиция, установившаяся со времен Джорджа Вашингтона, не позволяла занимать президентский пост более двух сроков подряд. Франклин Рузвельт готовился покинуть Белый дом и планировал стать одним из редакторов журнала «Colliers». Однако Демократическая партия, не желавшая терять популярного президента, развернула агиткампанию под лозунгом: «Мы хотим Рузвельта! Мир хочет Рузвельта!». ФДР согласился пойти на третий срок и вновь победил.
Весной 1941-го Франклин Рузвельт запустил программу ленд-лиза, по которой США поставляли боеприпасы, технику, продовольствие и стратегическое сырье всем странам, воюющим с нацизмом. Преодолевая сопротивление изоляционистов, ФДР прибег к доступной аллегории: «Если горит дом соседа, а у тебя есть садовый шланг, одолжи его соседу, пока не загорелся и твой дом».
В конце 1941 года мировой пожар достиг американских берегов. 7 декабря японцы атаковали военно-морскую базу Перл-Харбор, разгромив основные силы Тихоокеанского флота США. В этот непростой момент Франклин Рузвельт вновь сумел консолидировать и воодушевить нацию. Президентское обращение слушала вся Америка. «С уверенностью в наших вооруженных силах, с безграничной решимостью нашего на¬рода мы добьемся неизбежного триумфа, и да поможет нам Бог!» – провозгласил Рузвельт.
8 декабря 1941-го США объявили Японии войну. 11 декабря Германия и Италия объявили войну Соединенным Штатам. Рузвельт был невозмутим «Наши враги с неподражаемой глупостью разрешили нашу дилемму, заставили отбросить сомнения и колебания, объединили наших людей для тяжелой работы, которую требовали наши национальные интересы».
В отличие от Сталина и Черчилля, верховный главнокомандующий Франклин Рузвельт ни разу не надел военной формы. Президент напоминал дядюшку отправляющегося на уик-энд: фланелевая рубашка, небрежно завязанный галстук, старая шляпа. Но маститые генералы были поражены его умением анализировать карты боевых действий и безошибочно оценивать ситуацию.
Воюющая Америка эпохи Рузвельта – это уникальный сплав финансовой, промышленной и военной мощи. Отсутствие должного боевого опыта у армии США с лихвой компенсировал самый большой в мировой истории оборонный бюджет. Американцы воевали рационально и с размахом: индустриальный тыл, снабжавший войска неисчерпаемыми запасами, эскадрильи «летающих крепостей», ковровые бомбардировки…
В отношениях с партнерами по антигитлеровской коалиции Рузвельт руководствовался простой максимой: борьба с нацизмом важна, но интересы США – превыше всего. В мировой войне Америка должна потерять меньше всех и выиграть больше всех. Она не будет спасать других в ущерб себе! Именно ФДР ввел в обиход звучный термин «объединенные нации» – чтобы заменить им слово «союзники». США, подчеркивал Рузвельт, ни перед кем не имеют союзнических обязательств. Если американские интересы требовали отказа Британии от торговых преференций в колониях, ФДР вынуждал англичан пойти на уступки. Если надо было оттянуть открытие второго фронта и спасти американские жизни, Рузвельт прибегал к изощренной дипломатической игре, потчуя Москву дежурными улыбками и туманными обещаниями.
В 1944 году Франклин Делано Рузвельт был в четвертый раз избран президентом США – беспрецедентный случай в американской истории.
К этому времени в ходе Второй мировой произошел решающий перелом, и мысли Рузвельта были устремлены в будущее. Сбылась его давняя мечта: США навсегда покинули политическую периферию, став мировым игроком № 1. На международных конференциях в Тегеране, Квебеке и Ялте американский лидер пропагандировал собственную модель гармоничного послевоенного мира, где царили демократия, экономические свободы и международная безопасность. Организация Объединенных Наций была призвана поддерживать новый порядок. Многие из рузвельтовских планов в дальнейшем потерпели крах: ООН не оправдала возложенных на нее надежд, осталось утопией послевоенное сотрудничество США, СССР, Великобритании и Китая.
«Я верю в то, что у нас будут очень хорошие отношения с маршалом Сталиным и с русским народом», – заявлял ФДР. Впоследствии Рузвельта часто критиковали за идеализацию Сталина и уступки Кремлю, повлекшие создание мощного советского блока и «железного занавеса». Возможно, в чем-то Дядюшка Джо действительно переиграл Рузвельта. Но если вспомнить, что на каждого американского солдата, убитого в ходе войны, пришлось 25 советских, все возвращается на круги своя. Главным триумфатором Второй мировой оказались Соединенные Штаты, ставшие сверхдержавой при минимальных потерях.
Рузвельту не суждено было дожить до победы. В начале 1945 года здоровье американского лидера резко ухудшилось, его жизненные силы были подточены. В конце марта Рузвельт отправился отдохнуть в Уорм-Спрингс. В теплый и солнечный день 12 апреля ФДР работал с бумагами и позировал художнице Елизавете Шуматовой для акварельного портрета. Внезапно он пожаловался на сильную головную боль, а затем потерял сознание – это было кровоизлияние в мозг. Через два часа Рузвельт скончался.
Тридцать второй президент США был похоронен в родовом поместье Гайд-Парк. Над гробом Франклина Рузвельта прозвучали легендарные слова из его первой инаугурационной речи: «Единственное, чего следует бояться, – это сам страх».
«Мои взаимоотношения с этим блистательным человеком имели огромное значение на протяжении долгих тяжелых лет совместной работы. Теперь этим отношениям пришел конец. Я был подавлен сознанием большой, непоправимой утраты» / У. Черчилль
Tags: знаменитости, политика
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments