vitkvv2017 (vitkvv2017) wrote,
vitkvv2017
vitkvv2017

Ульмский капкан

                                        Карл Шульмейстер родился в 1770 г. в небольшом эльзасском городке в семье протестантского пастора, хотя впоследствии и утверждал, что его отцом был венгерский аристократ. Это утверждение было впрочем, лишь одним из проявлений той мании величия, в которую вылилось вскоре природное тщеславие Шульмейстера фальшивые документы, «подтверждавшие» этот вымысел появились лишь позднее.
Занявшись вначале торговлей, молодой Шульмейстер вскоре решил, что контрабанда — ремесло куда более выгодное. Доходы от этой новой профессии позволяли Шульмейстеру удовлетворить свою давнюю страсть к элегантной одежде, изображать богатого и знатного человека. В 1799 г он познакомился с французским полковником Савари, будущим герцогом Ровиго, которому предстояло сменить Фуше на посту министра полиции. Савари не отличался способностями своего предшественника. Но надо отдать должное будущему министру в выборе людей: возможности Шульмейстера как разведчика он оценил вскоре же после их знакомства.

Савари поручил Шульмейстеру несколько мелких дел, и тот осуществил их с полным блеском. Так, Шульмейстер подделал письмо любовницы герцога Энгиенского, которое помогло французским жандармам захватить его на чужой территории и доставить во Францию.
В 1805 г. развернулась война Наполеона против Австрии и России. Шульмейстер отправился в Вену с поручением разузнать подробности относительно характера, а если возможно, то и планов австрийского командующего генерала Мака. Вряд ли Наполеон мог рассчитывать, что Шульмейстер достигнет большего, но его успех превзошел все ожидания.
Шульмейстер приехал в Вену, скрываясь под уже ставшей привычной ему маской венгерского аристократа. По его словам, он был выдворен из Франции по подозрению в шпионаже в пользу Австрии. Шульмейстер проявил знание многих важных вопросов положения во Франции, и особенно во французской армии. Он быстро завоевал доверие и симпатии в аристократических кругах Вены, был представлен генералу Маку, назначенному командующим австрийскими войсками. Сведения, которые Шульмейстер передал Маку, показались тому настолько важными что он включил любезного, осведомленного и дельного человека в число офицеров своего штаба. у Шульмейстера были два доверенных агента – Венд и Рульский, которые «подтверждали» его сведения.
Вскоре Шульмейстеру предложили должность, которая до него не доставалась ни одному разведчику, — начальника разведки страны в которую его послали шпионить. На этом посту таланты Шульмейстера развернулись в полной мере. Мало того, что он переслал все важнейшие планы Мака Наполеону. По приказу французского императора были отпечатаны специальные номера газет, сообщавшие о волнениях во Франции. Об этом же говорили чуть не ежедневно поступавшие письма — якобы от недовольных во французской армии. «Желание – отец мысли», — гласит пословица. Маку стало казаться, что Франция находится на пороге восстания против Наполеона. В этих условиях у австрийского полководца не вызывали никакого сомнения вести о том, что Наполеон стал оттягивать войска с фронта, проходившего по Рейну. Конечно, нужно было преследовать французов, что Мак и сделал. Его очень удивило, когда австрийские войска значительно раньше, чем казалось возможным, по его расчетам, столкнулись с корпусом «отступавшего», а в действительности заманившего австрийцев в ловушку генерала Нея. Еще больше возросло удивление Мака, когда он обнаружил, что на его флангах и в тылу также находятся войска других наполеоновских генералов – Мармона, Сульта, Мюрата. Вскоре армия Мака была окружена в Ульме. Австрийскому командующему, в мечтах уже победоносно двигавшемуся на Париж, оставалось лишь сдаться в плен со своей армией (33 тыс. солдат, 18 генералов, 60 орудий). Лучшие австрийские дивизии оказались во французском плену в самом начале войны, вся тяжесть которой пала теперь на плечи русских войск.
Вместе с Маком попал в «плен» и Шульмейстер. Но он еще не считал свою миссию законченной. Был инсценирован его побег из французского лагеря с поддельными документами, которые должны были убедить австрийского императора Франца, а главное – русского царя Александра действовать таким образом, чтобы привести их войска к быстрому разгрому.
Вечером 24 октября 1805 г. (через четыре дня после капитуляции Мака) Шульмейстер достиг расположения австрийских войск около Инна. Вначале австрийцы встретили его с недоверием, но все же разведчику удалось добраться до городка Мюльдорф, а там ему подвернулся счастливый случай в лице некоего лейтенанта Франца Рутского, старого знакомца, с которым они распили не одну бутылку доброго вина в Италии. Рутский не только с готовностью сообщил Шульмейстеру все, что знал об армии Кутузова и находившихся вместе с ним австрийских войсках. Лейтенант вез важное донесение к австрийскому командующему генералу Мервельдту в Браунау, где размещался штаб Кутузова. Шульмейстер поспешил рассказать Рутскому о своем «бегстве» из французского плена и о том, что он сможет ознакомить австрийское командование с самыми последними планами Наполеона и его маршалов. Надо ли говорить, как обрадовался лейтенант возможности представить генералу Мервельдту друга, имевшего столь важные сведения. Назавтра утром приятели поспешили отправиться в путь, и вскоре Шульмейстер уже был на приеме у Мервельдта. Разведчик снова разыграл с небольшими вариациями пьесу, с которой незадолго до этого ознакомился Мак. Шульмейстер сообщил самые точные данные о расположении французских войск. Мервельдт мог легко убедиться при проверке, что ему сообщили чистую правду. Другое дело, что сведения эти уже устарели, — ведь с момента «бегства» Шульмейстера прошло несколько дней, и корпуса французской армии за это время находились уже далеко от тех районов, где их обозначил на карте наполеоновский лазутчик. Зато завоевавший доверие разведчик получил взамен значительно более свежую информацию о дислокации австрийцев и, главное, армии Кутузова – теперь основного противника победоносных наполеоновских войск. Не теряя времени, Шульмейстер на другой день, 26 октября, сообщил в Мюнхен, занятый французами, генералу Савари все добытые сведения. Они очень пригодились, и генерал Савари еще раз послал своего агента за новой добычей.
Шульмейстер на этот раз прихватил одного из своих помощников по прежнему занятию контрабандой – некоего Рипмана. В конце октября оба шпиона уже прибыли в город Линц, где остановились в местной гостинице. Шульмейстер не привык упускать того, что могли дать встречи со случайными попутчиками. В отеле наметанный глаз разведчика отметил очень расстроенного с виду буржуа средних лет. Завязать разговор не представляла труда. Эта был некий Йозеф фан Рюф, который вместе с семьей бежал при приближении французов из Браунау. Рюф надеялся, что венское финансовое ведомство предоставит ему какую-нибудь должность, — эта была единственная надежда, так как он остался без средств к существованию. Нечего говорить, что Рюф весьма резко отзывался а неспособности австрийских властей, которых считал ответственными за обрушившиеся на него страдания. Завербовать такого человека на французскую службу ссылками на близкую победу Наполеона, обещанием денег, а после войны – выгодного места в Страсбурге оказалась не очень сложным делам. За полчаса устроив свои личные дела, Рюф присоединился к двум разведчикам, которые снова двинулись в дорогу и через несколько часов достигли Амштеттена. В этом городке Шульмейстер составил подробные донесения: одно – для Савари, другое – для Мюрата, и поручил Рипману остаться в городке, чтобы передать эти бумаги па назначению, после того как Амштеттен будет занят наступавшими французскими войсками. Сам Шульмейстер вместе с Рюфом двинулись дальше на восток, в сторону Вены, но в деревне Кемельбах им пришлось остановиться – все лошади в округе были реквизированы военными властями. А тут еще купец, прибывший вслед за ними из Амштеттена, сообщил тревожную новость: Рипман задержан русскими вскоре после отъезда его компаньонов. Шульмейстер попытался любой ценой найти экипаж для бегства. Поздно! Разведчик был арестован австрийскими драгунами, которые захватили его бумаги и деньги. Закованный в ручные кандалы, Шульмейстер тщетно доказывал, что он верный австрийский агент, ссылался на имевшуюся среди его бумаг охранную грамоту генерала Мервельдта. Все напрасно: столь легко завербованный Рюф, оказывается, с самого начала предпочел сообщить обо всем австрийским властям и сопровождал Шульмейстера по их указанию.
Теперь разведчик вместе с Рипманам был отправлен под конвоем в Вену, где их могла ждать талька виселица. Впрочем, эта еще не худший вариант, справедливо рассудил Шульмейстер, ведь обычных шпионов вешали там, где их арестовывали. Шульмейстера избавила от этого не только важная роль, которую он явно играл во французской разведке. Допрашивавшие его офицеры и чиновники не могли до конца разобраться, на кого же в действительности работал ловкий шпион-двойник Ответ могли дать только те австрийские генералы, с которыми имел дела Шульмейстер. Поэтому под конвоем троих солдат и капрала Шульмейстер и Рипман были отправлены на восток, навстречу неведомой судьбе.
Первоначально было предписано доставить их в одну из чешских тюрем (чешские земли входили тогда в состав австрийских владений). Путь оказался очень длинным, и конвоиры устали не менее арестованных. Австрийская дисциплина не выдержала такого испытания. Капрал посовещался со своими подчиненными, после чего солдаты отняли у конвоируемых все имевшиеся у них ценности и документы избили до полусмерти шомполами от ружей и бросили у дороги. Придя в себя, Шульмейстер после некоторого раздумья составил план действий. Разведчики решили, чтобы избежать подозрении, разными путями добраться до Вены. Рипман по дороге от слабости окончательно слег и, по некоторым данным, вскоре умер в какой-то провинциальной больнице. Более живучий Шульмейстер 10 ноября, пробираясь окольными путями, добрался до Вены и три дня прятался у знакомых содержателей отелей. Он знал, что скрываться ему придется недолго. Через три дня в австрийскую столицу вступили наполеоновские войска, а 15 ноября, по совету Савари, обрадованный спасением своего главного разведчика Наполеон назначил Шульмейстера полицмейстером Вены, после чего Карл (по-французски Шарль) Шульмейстер стал впредь именоваться господином Шарлем или Шарлем-Фредериком, чиновником императорской администрации.
Кутузов, командовавший русской армией, долго не давал вовлечь себя в сражение, которое при тогдашнем соотношении сил не могло не окончиться в пользу французов. Тогда Наполеон, по существу, повторил трюк, проделанный Шульмейстеpoм. Он отправил генерала Савари к Александру I с просьбой о личном свидании. Александр ограничился посылкой для переговоров своего представителя – недалекого князя Долгорукова. В беседе с ним Бонапарт притворился, будто очень напуган неблагоприятными известиями из Франции и предстоящим сражением. Долгоруков попался в расставленные сети. По словам Наполеона, князь говорил с ним «как с боярином, которого хотят сослать в Сибирь». Вопреки категорическим возражениям Кутузова Александр I настоял на том, чтобы дать сражение Наполеону. Нелепые распоряжения царя и австрийского генералитета усугубили и без того тяжелое положение союзников. Битва при Аустерлице была проиграна, Австрия должна была искать сепаратного мира с Наполеоном.
Шульмейстер покинул Вену вместе с французскими войсками в январе 1806 г., а осенью того же года «капитан Шарль» руководил разведкой против Пруссии, которую Наполеон разгромил в ходе кратковременной кампании.
Во время войны против Австрии в 1809 г. Шульмейстер снова действовал в тылу австрийцев, был арестован и приговорен к расстрелу. Он напоил вином стороживших его солдат, переоделся в австрийский мундир и бежал. Шульмейстер умел отлично гримироваться и изменять до неузнаваемости свою внешность. Он проявлял редкую находчивость. Ему случалось в украденном мундире австрийского генерала присутствовать на военном совете у императора Франца и выбираться в гробу из осажденного города. Одно время Шульмеистер не расставался с коротко остриженной собачкой, на которую он надевал чехол из кудрявой шерсти. Мнимый пудель носил под покрывалом важные документы. Деньги, которые получил Шульмейстер от Наполеона, а до этого – от австрийцев, сделали его богатым человеком. Однако еще большее состояние Шульмейстер нажил, бесцеремонно беря взятки от военных поставщиков после того как император назначил его в 1809 г. генеральным комиссаром по снабжению французской армии.
Шульмейстер выполнял еще целый ряд разведывательных поручений Наполеона (даже побывал в Англии), но они не имели большого значения. В последние годы правления Наполеона дальнейшей карьере разведчика помешали интриги второй жены императора – австрийской принцессы Марии-Луизы и ее окружения, ненавидевших Шульмейстера за его роль в разгроме Австрии в 1805 г.
После первой Реставрации (1814—1815 гг.) полиция Бурбонов тщетно искала Шульмейстера в Париже и других местах. Во время ста дней – нового правления Бонапарта – австрийские власти опасались, что бывший главный шпион корсиканца находится в Вене и пытается похитить сына Наполеона, который как внук австрийского императора воспитывался при его дворе. На деле Шульмейстер находился в это время в Париже, но, по-видимому, предпочел не поступать снова на императорскую службу, не очень высоко расценивая шансы Наполеона удержаться в борьбе против мощной коалиции держав. После битвы при Ватерлоо австрийская и прусская полиция снова занялись розыском Шульмейстера в оккупированной французской столице – и снова тщетно. А Шульмейстер вел переговоры с австрийским полицейским комиссаром в Париже Лангвертом о намерении снова служить Австрии, которой он, по словам Шульмейстера, оказал множество услуг в 1805 г. Кажется, Лангверт даже поддерживал ходатайство Шульмейстера. В августе 1815 г. Шульмейстер был арестован пруссаками и отправлен в крепость Везель. 20 ноября того же года был подписан мирный договор, и Шульмейстер вернулся во Францию. Там он был отдан под суд и приговорен к уплате огромного штрафа, равного трем четвертям его состояния. Оставшуюся часть Шульмейстер потерял в спекуляциях на бирже. Как видно, биржевые волки сумели обойти и этого матерого шпиона.
Он прожил еще почти сорок лет, до 1853 г. В последние годы ему в виде милости разрешили заняться продажей табака в маленькой лавке в Страсбурге, являвшейся государственной монополией.http://agesmystery.ru/rubriki/zagovory-i-afery/ulmskij-kapkan/
Tags: история, спецслужбы, франция
Subscribe
Buy for 10 tokens
Борис Островский Дэвид Мей и Джозеф Монаган (университет Монах, Австралия) высказали предположение, что «пузыри метана, поднимающиеся с морского дна, могут топить корабли. Именно этим природным явлением и могут объясняться загадочные пропажи некоторых кораблей». Касательно…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments