vitkvv2017 (vitkvv2017) wrote,
vitkvv2017
vitkvv2017

Вячеслав Попов: «Мы нашли следы от сабельного удара на черепе № 4»

http://www.pravoslavie.ru/104826.html               Вячеслав Леонидович Попов – российский криминалист и судебный медик, заслуженный деятель науки Российской Федерации, заслуженный врач Российской Федерации, доктор медицинских наук, профессор, заведующий кафедрой уголовного права юридического факультета Санкт-Петербургского университета морского и речного флота.
Родился 25 марта 1938 года. В 1961 году окончил Военно-медицинскую академию и на протяжении 33 лет служил военным судебно-медицинским экспертом, последовательно пройдя путь от специалиста до начальника судебно-медицинской лаборатории – главного судебно-медицинского эксперта Туркестанского военного округа. В течение 20 лет возглавлял кафедру судебной медицины Военно-медицинской академии.
В настоящее время работает в Бюро судебно-медицинской экспертизы Ленинградской области. Председатель Судебно-медицинской ассоциации Северо-Запада России, президент Международного конгресса судебных медиков, сопредседатель Санкт-Петербургского фонда ревнителей памяти Государя Императора Николая II, автор книги «Где Вы, Ваше Величество?».Главный редактор «Русской народной линии» историк Анатолий Степанов и российский криминалист и судебный медик Вячеслав Леонидович ПоповС экспертом беседует специально для «Православия.Ru» главный редактор «Русской народной линии» историк Анатолий Степанов.
Прежнее следствие и современные антропологические экспертизы
– Надеюсь, все ваши регалии мы представили правильно, уважаемый Вячеслав Леонидович. Но сегодня нас интересует именно последнее – ваше участие в качестве эксперта в исследовании найденных в окрестностях Екатеринбурга останков, которые захоронены в Екатерининском приделе Петропавловской крепости как останки Царской Семьи и их слуг, убиенных в подвале Ипатьевского дома. Вы были приглашены участвовать в качестве эксперта в следствии начала 1990-х годов, участвуете и в новом расследовании. Какова ваша нынешняя задача?
– Судебно-медицинские и антропологические исследования.
– Вы возглавляете эту работу?
– Я координирую всю информацию. Мы сотрудничаем с профессиональными антропологами из Московского государственного университета, проводим комплексное исследование, когда участвуют не только врачи, судебно-медицинские эксперты, но и профессиональные антропологи.
– Понятно. Сегодня в среде православной и патриотической общественности бродит огромное количество разного рода версий, высказываются подозрения, задаются вопросы. Наверное, вам с этим неоднократно приходилось и приходится сталкиваться?
– На протяжении 25 лет, начиная с 1991 года, как только стали известны обстоятельства обнаружения «екатеринбургских останков», возникают самые разнообразные версии. Однако и старые версии остаются столь же актуальными, как и в 1991 году. А новые версии настолько разнообразны, что не представляется возможным выстроить их в логическую цепочку.
Могу твердо заявить: это те самые останки, которые были найдены в 1991 году
Я позволю себе высказать свое отношение к нескольким обсуждаемым версиям. Начнем по порядку. Первое, что спрашивают: сейчас исследует те останки, которые были найдены в 1991 году, или, быть может, они изменились и исследуются какие-то другие останки? Я могу твердо заявить, что это те самые останки. В этом нет никаких сомнений. Нынче проводится повторное исследование «екатеринбургских останков» после 1991 года. Первоначальное исследование практически закончилось в 1993 году. Дальше просто ходили различные бумажки: писали, переписывали. Я имею в виду следствие, которое этим делом занималось.
– Сами экспертизы проходили в течение трех лет – с 1991 по 1993 годы?
– Да. Все экспертизы и исследования останков закончились в 1993 году. Дальше были различные действия со стороны следствия, следователя В.Н. Соловьева. Во всяком случае, были действия, которые, с его точки зрения, должны были привести всё к одному знаменателю.
Конечно, останки существенно изменились в силу того, что первые 50 лет они находились в глинистой почве, а когда их извлекли на свет Божий, то, естественно, стали постепенно разрушаться. Но не настолько, чтобы нельзя было понять, с чем мы имеем дело.
На сей раз мы более тщательно исследовали останки, причем для этого мы привлекли профессиональных антропологов. В первичной экспертизе не было профессиональных антропологов, только судебные медики, которые занимались антропологией. А здесь речь идет о профессиональных антропологах из Московского университета, которые исследуют останки древних захоронений, которые буквально по одному фрагменту могут сказать, о чем идет речь. В первую очередь я имею в виду Дениса Пежемского. Он очень толковый антрополог. И мы буквально каждую косточку подержали в руках, описали и зафиксировали. Были составлены схемы и фотоснимки. К сожалению, выяснилось, что какие-то останки были перепутаны, отдельные позвонки находились не по принадлежности. И нам пришлось восстанавливать некоторые фрагменты.
– Это проводилось уже в рамках нынешнего следствия?
– Да, я говорю про нынешнюю экспертизу. Мы постарались все сделать добросовестно.
– Какова сохранность останков?
– Безусловно, останки изменились, но более-менее сохранились.
– Сохранились все останки, найденные в 1991 году?
– В 1991 году была детективная процедура изъятия останков: ночью под дождем в палатках разгребали глину и перетирали ее в руках. В течение трех дней пытались сделать то, что обычные археологи делают полтора-два месяца. Все делалось впопыхах, какая-то часть фрагментов скелетов была утрачена.
Нас сегодня обвиняют в том, что мы все делаем тайно и кулуарно. Это – неправда. А вот в 1991 году, когда три ночи подряд под проливным дождем вскрывали захоронение, действительно всё было тайно и кулуарно. Тогда, как вы помните, президент Б. Ельцин предложил: берите столько суверенитета, сколько захотите; вот тогдашний глава Свердловской области Э. Россель и увидел уже себя президентом так называемой Уральской республики и, фигурально говоря, попытался «приватизировать» останки.
– Торопились, чтобы никто не опередил?
– Да-да-да. Пригласили Государственного секретаря США, которому показывали останки, пригласили американских экспертов, которые оказались совершенно неподготовленными. Один из них, Майкл Баден, с гордостью заявил, что участвовал в расследовании гибели Дж. Кеннеди. А я занимался этим делом по публикациям, поэтому задал ему несколько вопросов на спорные темы, а он на них не смог ответить. И Баден с удивлением вопрошал: «Откуда вы это знаете, ведь это произошло у нас, а не у вас?» На что я ему ответил: «Мы всё знаем, что нас интересует».
Но всё тогда делалось закрыто. А сейчас всё открыто. Конечно, до определенной поры, как мне кажется, не стоит всё рассказывать в деталях в силу ряда причин. В конце концов, есть тайна следствия. Я теперь рассказываю вам всё откровенно, потому что уже об этом говорил в присутствии экспертов, следователей, главы СКР А.И. Бастрыкина, членов Священного Синода и Святейшего Патриарха Кирилла. Я не говорю ничего того, что уже не сказал в их присутствии. Не стоит торопиться раскрывать детали, потому что, если изложить только часть достоверной информации, ее начнут в обществе подавать иначе, под иным углом зрения. Не стоит будоражить общество.
Но вернусь к сохранности останков. Нужно еще напомнить об одном обстоятельстве: по краю захоронения в советское время проводились дорожные технические работы. И механический агрегат, который прошелся через захоронение, повредил какую-то часть костей или вовсе их перемолол, поэтому некоторые косточки были безвозвратно утрачены.
Конечно, в 1991 году было больше шансов представить достоверную картину. Но, к сожалению, тогда отсутствовали профессиональные антропологи. Были судебно-медицинские антропологи, но, как теперь выяснилось, есть разница между теми, кто занимается классической антропологией с утра до вечера, и теми, кто занимается судебно-медицинской антропологией.
– Правильно ли я вас понимаю, что в расследовании В.Н. Соловьева профессиональные антропологи не принимали участия?
– Да. Фактически антропологи не участвовали. Вообще надо отметить, что многие специалисты, которые должны были заниматься экспертизами, не принимали участия в расследовании. Я имею в виду историческую экспертизу, от которой Соловьев напрочь отказался, сказав, что он сам в состоянии читать бумажки.
Любой объект исследуется по-разному судебно-медицинскими экспертами, криминалистами и историками. Можно по-разному смотреть на один и тот же исследуемый объект. Так вот, что касается «бумажек», которые читал Соловьев на русском языке: видимо, недостаточно русского языка, нужно обладать профессиональными историческими знаниями и архивными навыками для получения профессионального заключения по поводу неких исторических фактов, которые представляют собой не просто хронологию событий. Академик В.В. Алексеев, который привлекался на первых этапах к экспертизе и даже входил в состав Государственной комиссии, но не подписал общее правительственное заключение, подчеркивал, что любой исторический факт надо рассматривать в конкретной исторической обстановке. И только тогда можно понять, о чем говорит тот или иной факт. К сожалению, следователь Соловьев просто не обладал этими знаниями, он переоценил свои способности в этом отношении.
– Итак, кости сохранились?
– Кости изменились, но исследовать их можно. Основная часть костей не была перепутана, но отдельные фрагменты и позвонки, косточки кистей были утрачены – из-за их маленького размера. Но в том числе и в силу механических повреждений при вскрытии захоронения.
– Можно ли с уверенностью говорить, что в могиле в Поросенковом логу были пять скелетов родственников?
– Да, мы это твердо установили еще в 1991 году: мужчина, женщина и три молодые девушки, их дочери. Это было нами доказано. Но опять же к слову о следователе Соловьеве – его чуть ли не каждую минуту приходится вспоминать. Мы передали ему экспертизу. Что положено делать в таких случаях? Экспертиза должна быть приобщена к материалам дела, согласен он с экспертизой или не согласен. Соловьев назначил экспертизу, которую выполнили профессионалы, поэтому ее результаты он обязан был приобщить к делу. Экспертиза должна быть неотъемлемой частью уголовного дела. Ныне же выяснилось, что в деле нет этой экспертизы. И еще одна экспертиза отсутствует – по огнестрельным повреждениям, в которой мы объективно описали всю динамику процесса злодейского убийства. Фактически следователь Соловьев совершил противозаконное действие. Он обязан был приобщить к делу наши экспертизы. В конце концов, он может быть с ними не согласен, но для этого нужно по закону дать объяснения и указать причины, почему экспертизы не могут являться доказательством. Можно было заказать другую экспертизу. Экспертиза – это особое доказательство. Кто-то может считать, что экспертиза не соответствует действительности, и ее не включают в систему доказательств. Но это требуется объяснять. Вместо того чтобы объяснить, Соловьев взял и «выкинул» наши экспертизы из дела. Но теперь всё восстановили и приобщили к делу.
– Насколько я знаю, очень важный источник информации в таких случаях – стоматология. Проводилась ли стоматологическая экспертиза? В каком состоянии находятся зубы?  Далее: http://www.pravoslavie.ru/104826.html
Tags: о прошлом
Subscribe
promo vitkvv2017 september 4, 2017 09:35 Leave a comment
Buy for 10 tokens
Борис Островский Дэвид Мей и Джозеф Монаган (университет Монах, Австралия) высказали предположение, что «пузыри метана, поднимающиеся с морского дна, могут топить корабли. Именно этим природным явлением и могут объясняться загадочные пропажи некоторых кораблей». Касательно…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments