vitkvv2017 (vitkvv2017) wrote,
vitkvv2017
vitkvv2017

Вячеслав Попов: «Мы нашли следы от сабельного удара на черепе № 4»

http://www.pravoslavie.ru/104826.html               Вячеслав Леонидович Попов – российский криминалист и судебный медик, заслуженный деятель науки Российской Федерации, заслуженный врач Российской Федерации, доктор медицинских наук, профессор, заведующий кафедрой уголовного права юридического факультета Санкт-Петербургского университета морского и речного флота.
Родился 25 марта 1938 года. В 1961 году окончил Военно-медицинскую академию и на протяжении 33 лет служил военным судебно-медицинским экспертом, последовательно пройдя путь от специалиста до начальника судебно-медицинской лаборатории – главного судебно-медицинского эксперта Туркестанского военного округа. В течение 20 лет возглавлял кафедру судебной медицины Военно-медицинской академии.
В настоящее время работает в Бюро судебно-медицинской экспертизы Ленинградской области. Председатель Судебно-медицинской ассоциации Северо-Запада России, президент Международного конгресса судебных медиков, сопредседатель Санкт-Петербургского фонда ревнителей памяти Государя Императора Николая II, автор книги «Где Вы, Ваше Величество?».Главный редактор «Русской народной линии» историк Анатолий Степанов и российский криминалист и судебный медик Вячеслав Леонидович ПоповС экспертом беседует специально для «Православия.Ru» главный редактор «Русской народной линии» историк Анатолий Степанов.
Прежнее следствие и современные антропологические экспертизы
– Надеюсь, все ваши регалии мы представили правильно, уважаемый Вячеслав Леонидович. Но сегодня нас интересует именно последнее – ваше участие в качестве эксперта в исследовании найденных в окрестностях Екатеринбурга останков, которые захоронены в Екатерининском приделе Петропавловской крепости как останки Царской Семьи и их слуг, убиенных в подвале Ипатьевского дома. Вы были приглашены участвовать в качестве эксперта в следствии начала 1990-х годов, участвуете и в новом расследовании. Какова ваша нынешняя задача?
– Судебно-медицинские и антропологические исследования.
– Вы возглавляете эту работу?
– Я координирую всю информацию. Мы сотрудничаем с профессиональными антропологами из Московского государственного университета, проводим комплексное исследование, когда участвуют не только врачи, судебно-медицинские эксперты, но и профессиональные антропологи.
– Понятно. Сегодня в среде православной и патриотической общественности бродит огромное количество разного рода версий, высказываются подозрения, задаются вопросы. Наверное, вам с этим неоднократно приходилось и приходится сталкиваться?
– На протяжении 25 лет, начиная с 1991 года, как только стали известны обстоятельства обнаружения «екатеринбургских останков», возникают самые разнообразные версии. Однако и старые версии остаются столь же актуальными, как и в 1991 году. А новые версии настолько разнообразны, что не представляется возможным выстроить их в логическую цепочку.
Могу твердо заявить: это те самые останки, которые были найдены в 1991 году
Я позволю себе высказать свое отношение к нескольким обсуждаемым версиям. Начнем по порядку. Первое, что спрашивают: сейчас исследует те останки, которые были найдены в 1991 году, или, быть может, они изменились и исследуются какие-то другие останки? Я могу твердо заявить, что это те самые останки. В этом нет никаких сомнений. Нынче проводится повторное исследование «екатеринбургских останков» после 1991 года. Первоначальное исследование практически закончилось в 1993 году. Дальше просто ходили различные бумажки: писали, переписывали. Я имею в виду следствие, которое этим делом занималось.
– Сами экспертизы проходили в течение трех лет – с 1991 по 1993 годы?
– Да. Все экспертизы и исследования останков закончились в 1993 году. Дальше были различные действия со стороны следствия, следователя В.Н. Соловьева. Во всяком случае, были действия, которые, с его точки зрения, должны были привести всё к одному знаменателю.
Конечно, останки существенно изменились в силу того, что первые 50 лет они находились в глинистой почве, а когда их извлекли на свет Божий, то, естественно, стали постепенно разрушаться. Но не настолько, чтобы нельзя было понять, с чем мы имеем дело.
На сей раз мы более тщательно исследовали останки, причем для этого мы привлекли профессиональных антропологов. В первичной экспертизе не было профессиональных антропологов, только судебные медики, которые занимались антропологией. А здесь речь идет о профессиональных антропологах из Московского университета, которые исследуют останки древних захоронений, которые буквально по одному фрагменту могут сказать, о чем идет речь. В первую очередь я имею в виду Дениса Пежемского. Он очень толковый антрополог. И мы буквально каждую косточку подержали в руках, описали и зафиксировали. Были составлены схемы и фотоснимки. К сожалению, выяснилось, что какие-то останки были перепутаны, отдельные позвонки находились не по принадлежности. И нам пришлось восстанавливать некоторые фрагменты.
– Это проводилось уже в рамках нынешнего следствия?
– Да, я говорю про нынешнюю экспертизу. Мы постарались все сделать добросовестно.
– Какова сохранность останков?
– Безусловно, останки изменились, но более-менее сохранились.
– Сохранились все останки, найденные в 1991 году?
– В 1991 году была детективная процедура изъятия останков: ночью под дождем в палатках разгребали глину и перетирали ее в руках. В течение трех дней пытались сделать то, что обычные археологи делают полтора-два месяца. Все делалось впопыхах, какая-то часть фрагментов скелетов была утрачена.
Нас сегодня обвиняют в том, что мы все делаем тайно и кулуарно. Это – неправда. А вот в 1991 году, когда три ночи подряд под проливным дождем вскрывали захоронение, действительно всё было тайно и кулуарно. Тогда, как вы помните, президент Б. Ельцин предложил: берите столько суверенитета, сколько захотите; вот тогдашний глава Свердловской области Э. Россель и увидел уже себя президентом так называемой Уральской республики и, фигурально говоря, попытался «приватизировать» останки.
– Торопились, чтобы никто не опередил?
– Да-да-да. Пригласили Государственного секретаря США, которому показывали останки, пригласили американских экспертов, которые оказались совершенно неподготовленными. Один из них, Майкл Баден, с гордостью заявил, что участвовал в расследовании гибели Дж. Кеннеди. А я занимался этим делом по публикациям, поэтому задал ему несколько вопросов на спорные темы, а он на них не смог ответить. И Баден с удивлением вопрошал: «Откуда вы это знаете, ведь это произошло у нас, а не у вас?» На что я ему ответил: «Мы всё знаем, что нас интересует».
Но всё тогда делалось закрыто. А сейчас всё открыто. Конечно, до определенной поры, как мне кажется, не стоит всё рассказывать в деталях в силу ряда причин. В конце концов, есть тайна следствия. Я теперь рассказываю вам всё откровенно, потому что уже об этом говорил в присутствии экспертов, следователей, главы СКР А.И. Бастрыкина, членов Священного Синода и Святейшего Патриарха Кирилла. Я не говорю ничего того, что уже не сказал в их присутствии. Не стоит торопиться раскрывать детали, потому что, если изложить только часть достоверной информации, ее начнут в обществе подавать иначе, под иным углом зрения. Не стоит будоражить общество.
Но вернусь к сохранности останков. Нужно еще напомнить об одном обстоятельстве: по краю захоронения в советское время проводились дорожные технические работы. И механический агрегат, который прошелся через захоронение, повредил какую-то часть костей или вовсе их перемолол, поэтому некоторые косточки были безвозвратно утрачены.
Конечно, в 1991 году было больше шансов представить достоверную картину. Но, к сожалению, тогда отсутствовали профессиональные антропологи. Были судебно-медицинские антропологи, но, как теперь выяснилось, есть разница между теми, кто занимается классической антропологией с утра до вечера, и теми, кто занимается судебно-медицинской антропологией.
– Правильно ли я вас понимаю, что в расследовании В.Н. Соловьева профессиональные антропологи не принимали участия?
– Да. Фактически антропологи не участвовали. Вообще надо отметить, что многие специалисты, которые должны были заниматься экспертизами, не принимали участия в расследовании. Я имею в виду историческую экспертизу, от которой Соловьев напрочь отказался, сказав, что он сам в состоянии читать бумажки.
Любой объект исследуется по-разному судебно-медицинскими экспертами, криминалистами и историками. Можно по-разному смотреть на один и тот же исследуемый объект. Так вот, что касается «бумажек», которые читал Соловьев на русском языке: видимо, недостаточно русского языка, нужно обладать профессиональными историческими знаниями и архивными навыками для получения профессионального заключения по поводу неких исторических фактов, которые представляют собой не просто хронологию событий. Академик В.В. Алексеев, который привлекался на первых этапах к экспертизе и даже входил в состав Государственной комиссии, но не подписал общее правительственное заключение, подчеркивал, что любой исторический факт надо рассматривать в конкретной исторической обстановке. И только тогда можно понять, о чем говорит тот или иной факт. К сожалению, следователь Соловьев просто не обладал этими знаниями, он переоценил свои способности в этом отношении.
– Итак, кости сохранились?
– Кости изменились, но исследовать их можно. Основная часть костей не была перепутана, но отдельные фрагменты и позвонки, косточки кистей были утрачены – из-за их маленького размера. Но в том числе и в силу механических повреждений при вскрытии захоронения.
– Можно ли с уверенностью говорить, что в могиле в Поросенковом логу были пять скелетов родственников?
– Да, мы это твердо установили еще в 1991 году: мужчина, женщина и три молодые девушки, их дочери. Это было нами доказано. Но опять же к слову о следователе Соловьеве – его чуть ли не каждую минуту приходится вспоминать. Мы передали ему экспертизу. Что положено делать в таких случаях? Экспертиза должна быть приобщена к материалам дела, согласен он с экспертизой или не согласен. Соловьев назначил экспертизу, которую выполнили профессионалы, поэтому ее результаты он обязан был приобщить к делу. Экспертиза должна быть неотъемлемой частью уголовного дела. Ныне же выяснилось, что в деле нет этой экспертизы. И еще одна экспертиза отсутствует – по огнестрельным повреждениям, в которой мы объективно описали всю динамику процесса злодейского убийства. Фактически следователь Соловьев совершил противозаконное действие. Он обязан был приобщить к делу наши экспертизы. В конце концов, он может быть с ними не согласен, но для этого нужно по закону дать объяснения и указать причины, почему экспертизы не могут являться доказательством. Можно было заказать другую экспертизу. Экспертиза – это особое доказательство. Кто-то может считать, что экспертиза не соответствует действительности, и ее не включают в систему доказательств. Но это требуется объяснять. Вместо того чтобы объяснить, Соловьев взял и «выкинул» наши экспертизы из дела. Но теперь всё восстановили и приобщили к делу.
– Насколько я знаю, очень важный источник информации в таких случаях – стоматология. Проводилась ли стоматологическая экспертиза? В каком состоянии находятся зубы?  Далее: http://www.pravoslavie.ru/104826.html
Tags: о прошлом
Subscribe
promo vitkvv2017 september 4, 2017 09:35 6
Buy for 10 tokens
Борис Островский Дэвид Мей и Джозеф Монаган (университет Монах, Австралия) высказали предположение, что «пузыри метана, поднимающиеся с морского дна, могут топить корабли. Именно этим природным явлением и могут объясняться загадочные пропажи некоторых кораблей». Касательно…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments