vitkvv2017 (vitkvv2017) wrote,
vitkvv2017
vitkvv2017

Жертвы собственной доверчивости

                                          Нидерланды издревле принадлежали герцогам Бургундским. Даже когда по праву наследования они отошли под власть сына Филиппа I Красивого – Карла, ставшего вскоре королем Кастилии и Арагона Карлом I и императором Карлом V, он ни разу не позволил себе нарушить бургундские вольности, данные этим землям их герцогами. Во многом благодаря именно столь щедрым поблажкам, к середине XVI в. Нидерланды стали богатейшими территориями Европы и приносили своему монарху в виде налогов столько доходов, сколько давали все прочие его огромные владения, включая колонии в Америке.
Значительную часть жизни Карл V провел в победоносных военных походах и разъездах по своим владениям. При этом в ратных делах опорой ему служили прежде других нидерландские военачальники. Среди самых значительных вельмож Фландрии и Брабанта (исторические территории Бургундского герцогства) был двоюродный племянник императора – принц Гаврский, он же граф Ламораль Эгмонт. В 16 лет Эгмонта представили ко двору Карла V, и молодой человек участвовал в ряде военных предприятий императора, в частности, в тунисской экспедиции 1535 г.

В 1544 г. Эгмонт женился на Сабине, сестре курфюрста пфальцского, и на свадьбе присутствовали его дядюшки Карл V с младшим братом Фердинандом, что свидетельствовало об особом благоволении монарха к новобрачным.
Поддерживал близкие отношения с нидерландским родичем и наследник престола Филипп. В 1554 г. из сугубо политических соображений отец приказал ему жениться на собственной двоюродной тетке, двоюродной сестре императора – английской королеве Марии I, известной в истории под прозвищем Кровавая. Филипп выполнил приказ. Но первоначально в традициях того времени брак был заключен по доверенности: на бракосочетании жениха представлял его «близкий друг» – граф Эгмонт!
Ведя кочевую жизнь, к 55 ти годам Карл V устал настолько, что, ко всеобщему удивлению, решил отречься от всех престолов и отдать свои владения наследнику. Делал он это поэтапно: 25 октября 1555 г. передал Филиппу Нидерланды, 16 января 1556 г. – испанскую корону, а также владения в Италии и колонии Испании по всему миру. Не удалось только решить вопрос со Священной Римской империей: там император избирался, и курфюрсты-выборщики отказались поддержать кандидатуру Филиппа, отдав предпочтение его дяде – Фердинанду I Габсбургу. Случилось это в феврале 1558 г. Бывший император Карл V удалился в монастырь Св. Юста в Эстремадуре, где и умер 21 сентября того же года.
Когда Филипп II получил от отца Нидерланды, Эгмонт являлся штатгальтером (правителем или наместником) Фландрии, самой большой и богатой провинции страны. В первые годы царствования молодого короля граф проявил себя как выдающийся военачальник. Сражался он против французов, будучи под командованием герцога Эммануила Филиберта Савойского. По приказу герцога Эгмонт возглавил испанский отряд, который разгромил французов в сражении при Гравелине 13 июля 1558 г. Победа оказалась столь сокрушительной, что Франция, посопротивлявшись непродолжительное время, была вынуждена подписать 2 апреля 1559 г. Като-Камбресийский мир.
Все детство наследник Филипп, в отличие от отца, провел в Испании. Воспитывали его в гуманистическом духе по трактату Эразма Роттердамского «Воспитание христианских принцев» (1516 г.), занимались этим крупнейшие ученые-гуманисты Испании. С детства мальчика приучали к чтению книг, уже в юношеские годы его личная библиотека насчитывала более 14 тыс. томов. В отличие от других королей-современников, он понимал музыку, разбирался в живописи и коллекционировал ее. Карл V все эти годы старался, и весьма успешно, обучать сына искусству управления государством и народом. Будущий король с молоком матери впитал законы и правила христианской жизни…
Словом, Филипп II был воспитан как идеальный правитель, можно даже сказать, что он оказался одним из первых в мировой истории интеллектуалов-интеллигентов во власти! А потому помимо всего того положительного, что придает человеку интеллект, Филиппу были присущи многие комплексы интеллигента-правителя, которые в условиях жестокой жизни превращают человека не просто в монстра, но в монстра, сознающего творимые им злодейства, умеющего с легкостью оправдать их и изощряющегося в них. Оправданием для Филиппа II была его уверенность в том, что он избран Богом для сбережения и распространения истинной христианской веры – католицизма и для уничтожения быстро поднимавших голову еретиков-протестантов. В последнем он полностью сходился со своим отцом.
Войны Карла V значительно истощили его подданных. Пока был жив император, население терпело. Но после его кончины ситуация стала резко меняться. Филипп II вознамерился поправить дела Испании за счет богатых Нидерландов. Одновременно король еще более усилил и без того чрезмерную борьбу с еретиками. И это при том, что формально Нидерланды считались независимым государством.
В 1559 г. штатгальтером всех Нидерландов была назначена сводная сестра Филиппа II Маргарита Пармская. Дочь императора и простолюдинки, в возрасте девяти лет она была взята ко двору штатгальтера Нидерландов Марии Австрийской как законная дочь монарха. Женщина властная, умная, но боязливая, Маргарита была в курсе нидерландских дел и могла бы с успехом управлять страной. Но Филиппу она потребовалась в иных целях: королю требовался послушный и искренне набожный наместник. Таковой и была Маргарита. В помощь ей Филипп назначил выдающегося дипломата своего времени и мецената-гуманиста кардинала Антуана де Гранвеля-младшего.
Как это было принято у гуманистов XVI в., Гранвель первым делом встал на защиту католической веры. Но если Карл V был для нидерландцев своим и ему простили даже сожжение здесь на кострах почти 100 тыс. еретиков, то Филипп II оказался иноземцем. Его возненавидели за куда менее тяжкие деяния, а испанцев стали считать оккупантами.
Против Гранвеля в государственном совете Нидерландов сложилась оппозиция, представленная Эгмонтом, его двоюродным племянником графом Горном [13]  и принцем Вильгельмом Оранским (любимец Карла V, на его плечо опирался император в час своего отречения). Общими усилиями эти вельможи добились в 1564 г. отставки кардинала и отзыва его из страны.
Сразу же после отставки кардинала в Мадрид было направлено посольство во главе с Эгмонтом для установления нормальных отношений с королем и организации реформ в управлении страной. Филипп принял графа с почетом, надавал обещаний, ни одного требования нидерландцев не удовлетворил, зато затаил против Эгмонта великую злобу, ибо счел его отныне коварным предателем. После этого посольства король упрямо считал, что вся смута в провинциях организуется победителем при Гравелине. Миссия посланника провалилась, но сам Эгмонт о том не подозревал.
В ответ на притеснения нидерландские дворяне объединились в союз, получивший название Бредский компромисс, и выдвинули свои условия штатгальтеру Маргарите. Однако результат этого выступления оказался неожиданным для всех. Узнав о возмущении дворян, беднота, подстрекаемая кальвинистскими священниками, поднялась на иконоборческое движение. За короткое время было разгромлено 5,5 тыс. церквей, их священники были либо побиты, либо убиты; толпа разогнала монахов и сжигала монастыри.
Филипп II, узнав о случившемся, велел готовить карательную экспедицию под командованием герцога Альбы. И тут случилась пренеприятнейшая история.
Инфантом был старший сын короля по имени Карлос. Молодой человек родился калекой, да и с психикой у него было не все в порядке. Отец держал Карлоса, что говорится, в ежовых рукавицах. Одно время инфант рассчитывал освободиться из-под отцовской опеки посредством женитьбы. В начале 1559 г. он был помолвлен с принцессой Елизаветой Валуа, но в апреле того же года заключили Като-Камбресийский мир, для укрепления которого было решено выдать Елизавету за Филиппа II. Этот брак оказался для дона Карлоса таким сильным ударом, что он даже слегка помешался. Это не помешало инфанту надеяться, что отец поставит его во главе карательной экспедиции в Нидерланды. Узнав о решении короля, он попытался убить Альбу и напал на него прямо во дворце. Герцог оказался сильнее. Тогда при первой же возможности молодой человек убил любимого коня отца. Филипп успокоил сына, назначив его министром госсовета, но ненадолго.
Тем временем шпионы Вильгельма Оранского донесли ему из Мадрида о готовящейся экспедиции. Принц предпочел бежать из страны в Германию. Эгмонт и Горн были уверены, что их не тронут, и остались.
22 августа 1567 г. в Брюссель прибыли карательные войска под главенством герцога Альбы. Их приветствовало собрание нидерландских аристократов. Увидев среди них Эгмонта, Альба, памятуя указания Филиппа II, воскликнул:
– А вот и первый великий еретик!
Граф попытался обратить все в шутку. Он и не подозревал о приказе короля при первой же возможности расправиться с ним, как с ярым врагом Испании.
На 9 сентября 1567 г. герцог Альба назначил в своей резиденции заседание госсовета. По окончании заседания графа Эгмонта и графа Горна арестовали. Они стали заложниками.
Возмущенная Маргарита Пармская навсегда покинула Нидерланды и уехала к мужу, герцогу Форнезе, в Парму. Альба остался неограниченным правителем страны.
А в Мадриде полупомешанный дон Карлос вознамерился бежать в Нидерланды. Готовился он к побегу с таким шумом, что 18 января 1568 г. отец самолично арестовал сына и заточил в отдаленных покоях дворца – чтобы не позорил семью. Через полгода инфант умер собственной смертью.
В апреле 1568 г. наемные войска Вильгельма Оранского начали боевые действия против испанцев, но и 25 апреля были разгромлены. Однако в мае того же года войско графа Людвига Нассаусского, брата принца Оранского, обратило в бегство сильный отряд испанцев при монастыре Гейлигерле. Ответом на эту победу стала казнь Эгмонта и Горна. Графов обезглавили по приговору суда утром 5 июня 1568 г.
Герцогу Альбе удалось на время подавить выступления бунтовщиков, но 1 апреля 1572 г. восставшие неожиданно захватили город Брилле. Так начался решающий этап Нидерландской буржуазной революции, породившей первую в мировой истории буржуазную республику.
Tags: история, общество
Subscribe
promo vitkvv2017 september 4, 2017 09:35 6
Buy for 10 tokens
Борис Островский Дэвид Мей и Джозеф Монаган (университет Монах, Австралия) высказали предположение, что «пузыри метана, поднимающиеся с морского дна, могут топить корабли. Именно этим природным явлением и могут объясняться загадочные пропажи некоторых кораблей». Касательно…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments