vitkvv2017 (vitkvv2017) wrote,
vitkvv2017
vitkvv2017

Легенда о «Белой стреле» Романтический образ киллера.

                                                       Киллер был бы почти совершенным, если бы не еще одна обязательная примета профессии – никогда не думать. Этот человек не должен задумываться над тем, ради чего он пошел на преступление. Ему не нужно знать ни имен своих жертв, ни видеть в глаза заказчиков. Настоящий киллер неуловим. Те, кого удается схватить, называют вовсе не киллерами, а «мокрушниками» – непрофессионалами, согласившимися на выполнение грязной работы исключительно потому, что так сложились обстоятельства. Истинный киллер невидим. Редко кому из них доводилось попасть в руки правосудия, но если такое все же случалось, то они никогда не доходили до зала суда. Им оставался либо побег, как и поступил Александр Солоник, либо самоубийство в тюремной камере, и последний способ выбрал, например, Мартиросян.В настоящее время киллер превратился в миф, и это неудивительно, поскольку правосудие постоянно демонстрирует свое бессилие. Нам не известно ни одного процесса над серийным профессионалом-киллером, настоящим, жертвами которого становились банкиры, политики или крупные уголовные «авторитеты».
Заказные убийства раскрываются так редко, что с большим трудом можно понять логику уголовных «авторитетов», которые в одном случае полагают, что жертву достаточно просто испугать, а в другом – ликвидировать без сожаления. Данная профессия – белое пятно, ибо почти невозможно судить о квалификации этих людей, гонорарах киллеров и о том обстоятельстве, как эти гонорары связаны с социальным положением жертвы.
В результате люди поневоле начинают идеализировать киллеров. Миф окрашивает их в демонические тона, и модернизированные гангстеры приобретают ореол геройства: ведь это совершенное орудие убийства, неподконтрольное обществу. Часто институт киллерства оправдывается. Этих современных Робинов Гудов называют «чистильщики», ибо кто, как не они, способны очистить несчастное больное общество от паразитирующих на нем «авторитетов», банкиров, по сути воров, обобравших народ до нитки. Так пытаются найти цель и целесообразность в самосуде, и возникает некая апология убийства, что не нуждается ни в суде, ни в следствии. И не нужно долго думать, чтобы понять: подобный миф рожден постоянным страхом и бессилием, а еще, быть может, просто завистью.
В то же время несмотря на мешанину в умах людей и просто даже в терминологии, по которой каждый уважающий себя кримининолог без труда объяснит, в чем разница между просто киллером и суперкиллером, когда никто не может пожаловаться, что не знает хотя бы одного мифа о знаменитом серийном убийце с именем или безымянном, можно все же с уверенностью утверждать, что институт киллерства в России существует. Мало того, у него есть совершенно определенные приметы.
Поскольку киллерство является своего рода профессиональным палачеством и притом несанкционированным законодательными органами, то создается иногда впечатление, будто данная система намеренно поощряется откуда-то сверху; при этом принято зловещим шепотом называть знаменитую аббревиатуру, состоящую из трех букв.
Некоторые журналисты даже берутся утверждать, что еще в доперестроечные времена наемные убийцы использовались этой немного зловещей организацией для борьбы с наркодельцами, а заодно и с преступностью, которая все больше начинала приобретать черты организованности. Естественно, что практика подобного рода совершенно незаконна, но обществом воспринималась как совершенно естественная, ибо как еще иначе могли вести борьбу честные служители закона на фоне всеобщей коррумпированности, в том числе партийной номенклатуры и самого высокого руководства? Ведь практически ни одно дело о коррупции так и не прозвучало в российском суде.
Очень часто можно услышать мнение, что в то время, когда Юрий Андропов пришел к руководству страны, то, как первый чекист СССР он прежде всего сформировал подразделения В и С, перед которыми поставили четкую цель: ликвидировать любыми методами (читай – силовыми) верхушку организованной преступности. Специально отобранных для этой цели сотрудников обучали по высшему классу в антитеррористическом управлении КГБ. Они изучали боевые искусства, которые позволяли бы в совершенстве овладеть как стрелковым, так и холодным оружием. Секретных сотрудников обучали виртуозному владению устанавливания и приведения в действие самодельных взрывных устройств. Эти люди умели чрезвычайно эффективно проводить допросы и знали много очень, мягко говоря, специфических наук.
Когда подготовка сотрудников считалась законченной, из них формировались мобильные группы, которые затем вливались непосредственно в преступную среду. На «зоне» они вербовали «авторитетов», которые впоследствии, выйдя на свободу, поддерживали их уже там.
Затем наступила перестройка, и вместе с советским Союзом прекратила существование и КГБ, что совершенно не означало, будто сотрудники, специально обученные и внедренные в криминальную среду, остались брошенными. Хозяев они не потеряли и оставались по-прежнему востребованными, и даже больше, нежели раньше. Кроме того выяснилось, что человек, получивший подготовку профессионального убийцы, уже никогда не сможет сменить род занятий. Некоторые журналисты даже выступали в газетах, утверждая, что имеют некоторые представления об институте киллерства в России. По их мнению, убийц-профи насчитывается около сотни, причем львиную долю этого контингента составляют бывшие сотрудники андроповского подразделения С.
Эти журналисты писали под псевдонимами, что по-человечески понять можно. Они провели своеобразную классификацию киллеров, правда она является не единственной. Считается, что в мафии существуют люди, узкая специальность которых – подготовка и проведение взрывов; прочие – только стрелки, причем стрелки в свою очередь делятся на профессионалов и пехотинцев.
Пехотинцы – это рядовые бойцы криминальных группировок. Они не столь квалифицированны и в среднем пребывают на свободе не долее двух лет. Они находятся там, где происходят обычные криминальные «разборки», или занимаются тем, что прикрывают профессионалов. Разница ощутима и в размерах гонорара профи и пехотинцев. За точный выстрел пехотинец получает несколько тысяч долларов – в зависимости от ранга «заказанной» жертвы, тогда как профессионал берет за свою работу десятки тысяч долларов. Профессионалы – это эстеты от киллерства, а потому имеют право относиться с оттенком презрения к подрывникам или пехотинцам, поскольку работа последних не сравнима с «высшим пилотажем» первых.
Прочие специалисты склонны утверждать, что и стрелковое оружие, и взрывные устройства могут использоваться одними и теми же киллерами. Исходя из этого, киллеры отличаются друг от друга только уровнем профессионализма и гонорарами. Если принять подобный подход, то получится сразу 4 группы киллеров. Первая, низшая, группа состоит из людей с самого дна. Это «бомжи», готовые убить любого за традиционную российскую валюту – бутылку водки. За ними следуют бойцы, входящие как полноправные члены в криминальные группировки. При выполнении задания они пользуются автоматическим оружием и действуют по приказу своих непосредственных боссов за довольно-таки скромные гонорары, составляющие порой две тысячи долларов, а то и всего за несколько сотен долларов. Что касается третьей группы – профессионалов, то они больше относятся к наемникам, которые работают по вызову. Это вполне могут быть бывшие служащие МВД или КГБ. Всего один точный выстрел оперативного работника – и он получает несколько несколько десятков тысяч долларов. Но венчают эту пирамиду суперпрофессионалы, большинство из которых являются кадровыми офицерами, и их выстрел ценится дороже всего – это не одна сотня тысяч долларов.
Естественно предположить, что к профессионалам высокого класса обычно обращаются солидные сотрудники государственных структур, как правило, заинтересованные главным образом в контроле над тем или иным важным хозяйственным или промышленным объектом. Статистики преступлений подобного рода до сих пор не существует. Однако сейчас уже практически ни для кого не является секретом, что заказ на убийство киллеры получают отнюдь не от «крестных отцов», а от вполне солидных бизнесменов, респектабельных и пользующихся всеобщим уважением. В связи с этим и жертвами киллеров становятся в основном предприниматели или чиновники, претендующие на высокую должность; криминалитет же занимает в данной статистике более чем скромный процент.
Киллеры профессионалы просто уподобляются палачам, которые исполняют приговор народного суда. Часто им приходится работать в командировках, выезжать в определенные местности, а потому часто посредниками исполнения заказов на убийства становятся туристические агентства. В этом случае служащий из центрального бюро связывается с филиалом фирмы из региона, сообщая, что поступил очередной заказ. После этого в Центр направляется специальная группа обеспечения для того, чтобы в деталях обговорить все условия контракта. Эта же группа обязана подготовить спокойное место для приезда и проживания киллера. Далее в Центр едут сам киллер и две группы – группа поддержки и группа прикрытия, для чего используется чартерная или военная авиация. При этом киллер не должен знать ни единого человека из групп, которые его сопровождают. Задача этих многочисленных невидимых исполнителей – убрать с дороги профессионала случайных свидетелей и обеспечение его безопасного отхода, при котором не оставляется следов. Исполнив заказ, киллер обязан выехать из города в течение часа. При этом тот, кто делает заказ, обычно выступает в роли бескорыстного спонсора данного туристического агентства.
Конечно, иногда заказные убийства раскрываются, но они практически никогда не укладываются ни в одну четкую схему. На то и существует профессионал, чтобы лишний раз доказать: жизнь очень многообразна во всех ее проявлениях. Но если заказ исполнен четко, то шансов раскрыть подобное преступление не существует по определению. А потому, если какие-то заказные убийства все же раскрываются, значит, выполнял их киллер невысокой квалификации, а убийство называется обычной «мокрухой».
В качестве доказательства этого положения можно привести наглядный пример. Так, в начале февраля 1997 года правоохранительные органы отрапортовали, что ими раскрыто заказное убийство, причем на подготовительной стадии. Работникам милиции удалось задержать целую преступную группу, в том числе организатора покушения, который специально вызвал для убийства киллера с Украины. Был также задержан торговец оружием, который продал для нападения на жертву пистолет «ТТ» с глушителем. В ходе следствия выяснилось, что данная преступная группа была замешана еще в трех убийствах как минимум. Жертвой должен был стать московский директор торговой фирмы «Сол» Ринат Судалин. Он ничего не подозревал до самого ареста своих неудачливых убийц. О раскрытом преступлении ему сообщили непосредственно в день его рождения, сделав таким образом неплохой подарок, особенно если учесть то обстоятельство, что именно этот день вполне мог стать девятым днем его поминок.
И все же, если рассмотреть этот случай пристально, в нем обнаружится много изъянов. Прежде всего, следственные органы задержали и установили личность заказчика. Тот, кто занимался организацией убийства, преследовал цели, весьма далекие от принципов киллерства: он хотел убить директора фирмы именно в тот момент, когда тот планировал перевести большие денежные суммы, которые преступник планировал попросту присвоить. И, наконец, третье немаловажное обстоятельство: все задержанные оказались прекрасно знакомы друг с другом, чего никогда не допустит настоящий профессионал.
Достаточно часто между непосредственным исполнителем заказа и заказчиком стоит длинная цепочка посредников. Например, для убийства директора КБ «Новатор» Смирнова заказчик выделил 22,5 тысячи долларов, однако по мере того, как эти деньги продвигались по цепочке посредников, то сам киллер в результате был вынужден удовольствоваться всего тремя тысячами долларов.
О том, что вариантов исполнения заказа существует огромное множество, говорит и манера оформления заказа на убийство директора санкт-петербургского аэропорта «Ржевка» Смирнова. Как это часто бывает, заказал директора его собственный заместитель. Ему показалось, что начальника вполне способен убрать сорокалетний оператор котельной этого же аэропорта. Заместитель решил, что оператора котельной вполне устроит скромный гонорар всего в 4 тысячи долларов, хотя для него самого прибыль в случае успешного решения дела составила бы не один миллион долларов, причем регулярно. Однако оператор по зрелом размышлении сам идти на мокрое дело не захотел, решил соблазнить деньгами своего молодого двадцатилетнего знакомого.
Имея связи с мурманской преступной группировкой, оператор снабдил своего друга и орудием преступления – пистолетом «будапешт», взятым у «авторитета» напрокат. Молодой киллер оказался на высоте, все сделал как надо: подождал директора аэропорта утром в подъезде его дома, сделал удачный выстрел, не забыв о контрольном – в голову, избавился от пистолета. И все же его задержали. Видимо, профессионализм для киллера значит нечто большее: это порой кажется действительно искусством, а не игрой по правилам.
Сотрудники московского уголовного розыска в начале 1997 года с блеском раскрыли еще одно заказное убийство, причем найден был не только заказчик, но и киллер, нанятый им. Речь идет об убийстве предпринимателя Кирилла Зеленова, руководившего крупнейшей в то время студией звукозаписи ZeKo-Records. Сообразительные следователи сразу решили искать развязку драмы в названии самой фирмы.
«Зе» и «Ко» были начальными инициалами партнеров фирмы: Зеленов – Козлов. Последний был ближайшим деловым партнером, другом и соучредителем фирмы, которой распоряжался Зеленов. Студия была организована ими еще в начале 1990-х годов, на паях – половина на половину, и ее вскоре узнали тысячи российских почитателей поп-музыки. Собственно, и невероятно пышные похороны Зеленова организовывал тот же Козлов.
Каковы же были причины, по которым ближайшие друзья превратились в злейших врагов? Наверное, тогда, когда фирма начала приносить баснословные прибыли. А, как известно, где деньги, там прекращаются дружеские отношения и на их место выступают многочисленные трения и скандалы. Однажды Зеленов решил провести крупную бухгалтерскую проверку в своей фирме и был неприятно удивлен, когда пришлось произнести вслух слово «растрата». Его ближайший друг и соратник не упускал случая продавать по завышенным ценам аудиокассеты по завышенным ценам, выручки от продажи отправляя себе в карман. Разгневанный Зеленов документально подписал акт, что отныне Козлов больше не является соучредителем компании, но разглашать неприятный факт не спешил, а потому немногие из работников догадывались о конфликте в руководстве, тем более что Козлов появлялся на работе как ни в чем не бывало и исполнял прежние обязанности. Видимо, Зеленов не хотел бросить обокравшего его друга на произвол судьбы и лишить средств к существованию.
Как известно, ни одно доброе дело не остается безнаказанным, что и подтвердило дальнейшее. Козлов стал разыскивать человека, сумеющего казнить бывшего друга и даже не поскупился на гонорар – 80 тысяч долларов. Рано утром убийца пришел на фирму Зеленова, к самому его кабинету. Он даже не знал, как выглядит директор, а потому каждого нового сотрудника фирмы, что входил в офис, он спрашивал одно и то же: «А не Зеленов ли это?». Когда же ему сообщили, что на этот раз действительно прибыл директор, киллер с холодным спокойствием вошел в кабинет Зеленова и прицельно выстрелил из пистолета 6 раз. Зеленов скончался на месте, а убийца по-прежнему спокойно покинул его кабинет. Поскольку видели его очень многие, то и фоторобот убийцы был сделан очень точно. И все же несмотря на это, задержать его смогли по чистой случайности через полгода после гибели Зеленова.
В 1997 году работники госбезопасности взяли целую группировку бандитов из Рязани. Они попались на ограблении, а уже в ходе следствия выяснилось, что за ними числятся не менее трех разбойных нападений и похищение коммерсанта. Главарь рязанцев с фамилией, говорящей за саму себя – Жуликов познакомился с Козловым тогда, когда последний лихорадочно разыскивал человека на роль палача для своего друга. Правда, Козлов хотел бы, чтобы вместе с Зеленовым погибли его жена и сын (он не хотел оставлять наследников значительного состояния), но эта часть плана так и не была осуществлена, но по каким причинам – неизвестно.
Козлов сразу сделал предоплату – 20 тысяч долларов. Пистолет ему одолжила чисто по дружбе кемеровская криминальная группировка. Встал следующий вопрос: кому убивать Зеленова? Жуликову не захотелось мешать в это дело своих братков; у него был более оригинальный способ решения этой проблемы. У него на примете находился должник, ранее вполне законопослушный гражданин Василий Силушин, который в один несчастливый день врезался в машину одного из рязанских братков. У Силушина никогда не нашлось бы денег на ремонт иномарки, а посему его начали «прессовать», пугать всеми известными способами, доводить до белого каления, и вдруг предложили быстрый и легкий способ разом вернуть долг: всего лишь один раз метко выстрелить. На следствии Жуликов раскололся сразу: сдал и Силушина, и Козлова, коих немедленно арестовали.
Бывает, что киллерам тоже не везет, притом по-крупному. Однажды двое убийц ждали в подъезде начальника службы безопасности «Финанс-банка» Крюкова. Он вернулся домой около полуночи в компании знакомой девушки. Едва Крюков появился в подъезде, по нему открыли огонь сразу из двух «стволов». Стреляли профессионально: раны в шею и голову оказались смертельными, но еще живой Крюков успел выхватить свой револьвер «таурус» 38-го калибра. Стрелял начальник службы безопасности ничуть не хуже, чем его убийцы, а потому одного из киллеров он сумел уложить; так, сказать, «увел за собой». Вероятно, если у граждан была бы реальная возможность носить оружие, тем скорее уменьшалась бы статистика заказных убийств, но реальность такова, что право на ношение оружия имеют военнослужащие, охранники и бандиты. Последним, как известно закон не писан. У них свои правила игры и собственный кодекс поведения.
На начальников службы безопасности нападать вообще крайне рискованно. Например, в Уфе в 1997 году жертва, начальник службы безопасности акционерного общества Аркадий Иванцов, неожиданно для киллера перешел от обороны к нападению. Преступник жаловался сотрудникам милиции, которые буквально вырвали его из рук не на шутку разъяренного пострадавшего, что «этот человек чуть не открутил ему голову».
Как обычно, убийца ждал Иванцова в подъезде его дома, заранее вывернув все лампочки на лестничной клетке. Эта мера предосторожности превратилась в ловушку для киллера. Когда Иванцов спокойно подошел к лифту и нажал кнопку вызова, бандит в темноте споткнулся, ствол его пистолета, нацеленный прямо в затылок жертве, качнулся и, вместо того, чтобы попасть в голову, пуля вошла в шею Алексея. Конечно, и это ранение являлось крайне серьезным; многие после этого рухнули бы замертво, но Иванцов, скорее всего не осознавая, что делает, со всей силы развернулся и влепил нападавшему оплеуху.
Между киллером и жертвой завязалась нешуточная борьба. Намертво сцепившись, они выкатились во двор и разнять их смог только вовремя подоспевший наряд милиции. Несчастный снайпер тщетно пытался вырваться из железных объятий охранника, и его пришлось отдирать чуть ли не с мясом. Едва Иванцов услышал, как лязгнули наручники на запястьях киллера, как он рухнул и потерял сознание. Он потерял огромное количество крови, и врачи долгое время не могли поверить, что человек, будучи сильно раненным, вообще способен оказывать какое-либо сопротивление, да еще в течение столь длительного времени. Наверное, некоторые люди, находясь в состоянии смертельной опасности, способны проявить в поединке силы, превосходящие все мыслимые и немыслимые пределы. Что же касается убийцы-неудачника, то он находился в состоянии, близком к шоковому. На первом же допросе он «раскололся» и рассказал следователю абсолютно все, в том числе и о заказчике убийства. Об этом киллере можно сказать только одно: абсолютно профнепригоден.
Однако чаще киллеры владеют огнестрельным оружием поистине виртуозно. Легенду об Одиссее и его сыне Телемаке заставили вспомнить многих два таинственных саратовских стрелка в конце осени 1995 года. Речь идет о страшном расстреле почти всей банды Игоря Чикунова. Этот 29-летний «авторитет» владел несколькими фирмами, являлся членом совета директоров и обладателем контрольного пакета акций крупного нефтяного концерна. Он контролировал несколько магазинов и самый крупный в городе Крытый рынок.
Ничего не подозревающий Чикунов, как обычно, проводил свободное время в компании своих товарищей в здании ТОО «Гроза». Вряд ли он успел о чем-либо подумать, когда в дверях комнаты неожиданно появились двое высоких мужчин с пистолетами «ТТ». Всего 20 секунд помещение буквально потонуло в страшном грохоте и криках, а потом наступила мертвая тишина. Незнакомцы успели расстрелять две обоймы целиком, а на полу в лужах крови лежали 13 изуродованных тел. Впоследствии выжить удалось только двоим из команды Чикунова. Этот расстрел шокировал не только жителей Саратова; встревожилось и московское руководство милиции. На место происшествия едва ли не наследующий день прибыл заместитель министра внутренних дел Владимир Колесников.
Главный вопрос, который не давал всем покоя: кем являлись те два профессионала, не дрогнув, уничтожившие целую группировку? А потому и основной версией следствия стала одна: произошедшее напоминает работу сотрудников РУОПа. И вновь ожил миф об организации мстителей под романтическим названием «Белая стрела».
«Белая стрела» стала самым невероятным, самым поразительным и удивительным мифом эпохи криминальной революции в России. Профессиональные бойцы из спецслужб, боровшихся с организованной преступностью, этим монстром, которого невозможно было обуздать, пользуясь «Законом о милиции», «Законом об оперативно-розыскной службе», «Законом о госбезопасности» уголовным кодексом и уголовно-процессуальным кодексом, будучи организацией открытой и базировавшейся на строжайших правилах, поняли, что не победят бандитизм, если не перестанут думать, что добро возможно делать лишь в белых перчатках. Организованная преступность только посмеется над буквой закона, и только.
Они были уверены, что смогут посадить в тюрьму только «шестерок», впрочем и то ненадолго, поскольку надолго они за решеткой не оставались. Деньги из «общака» всегда служили приманкой для корыстных судей, для которых в этой стране покупается и продается буквально все. Эти благородные, но беспощадные люди, свято уверенные в том, что «вор должен сидеть в тюрьме», как говорил всеобщий кумир советского народа Глеб Жеглов, решили действовать его методами, то есть объявить всему преступному миру тайную войну, а основой любой войны, как известно, является самосуд и беспощадная расправа на месте с лидерами преступного мира, вина которых очевидна, но бездоказательна.
А почему бы и нет? Ведь были же в Бразилии так называемые «эскадроны смерти», своеобразное тайное братство полицейских, которые самостоятельно решили избавиться от боссов преступности в стране. Так чем же хуже Россия; она тоже нуждается в подобном «эскадроне смерти», и слухи о нем в конце 1990-х годов распространились по всей России.
О «Белой стреле» заговорили, когда был таинственно убит Отари Квантришвили. В связи с этим немедленно заявило о себе агентство «Крим-пресс», усиленно опровергая столь милые сердцу добропорядочного гражданина слухи. Но народ хотел верить в существование «Белой стрелы», поскольку по устоявшейся народной мудрости, «дыма без огня не бывает». Разве у кого-то вызывает сомнение тот печальный факт, что, лишенные работы профессионалы, ранее верой и правдой служившие в советских спецслужбах, были вынуждены круто сменить ориентацию, стать киллерами, членами преступных группировок? Так неужели же не могли существовать и другие люди, такие же профессионалы, не пожелавшие расстаться со своими убеждениями, продолжать борьбу едва ли не в одиночку, по другую сторону баррикад, и им больше не нужны были санкции прокуроров на арест – чего можно ждать от тотальной продажности? Им не требовалась опека со стороны высших милицейских чинов, которые не столько помогали работе профессионалов, сколько мешали ей?
Что же такое «Белая стрела»? Версий существовало, как минимум, шесть. Говорили, будто организации с таким названием не существует, но все-таки секретные операции по уничтожению воров в законе и «авторитетов» преступного мира все же время от времени проводится. Не исключено, что в этих операциях были задействованы одни и те же профессионалы. Допустимо, что своих конкурентов нередко «заказывали» другие «авторитеты», но дальше официальное начальство решало, насколько предстоящая операция соответствует целям организации, призванной бороться с преступностью, и следует ли браться за выполнение данного заказа.
По второй версии, «Белая стрела» существовала на самом деле, причем по негласному разрешению российского руководства, оказавшегося не в состоянии справиться с преступными элементами, неудержимо рвущимися к власти, например, Квантришвили и иже с ним.
Третья версия говорит: «Белая стрела» – это не бесплотная мечта, но реальный проект, идея, что вполне может осуществиться. Это своего рода бронепоезд, стоящий на запасном пути. Стоит криминальной ситуации в стране ухудшиться, и сценарий будет разыгран, едва прозвучит сигнал «сверху».
Четвертое мнение звучит следующим образом: «Белая стрела» – это все-таки мечта. Многие работники ФСБ, МВД и прочих спецслужб очень болезненно реагируют, когда кто-то из их соратников погибает в сражении с преступными группировками, заполонившими всю Россию, и каждая такая смерть словно становится фундаментом этой пока мифической организации. Сотрудники спецслужб словно хотят предупредить своих врагов: они тоже знают такое слово, как «месть», и пусть она пока неосуществима, но все же слухи как бы обгоняют реальные события.
Некоторые склонны считать, что «Белая стрела» – это своего рода дезинформация, специально разработанная спецслужбами, которые предупреждают бандитов особо: насилие по отношению к людям в военной или милицейской форме для них недопустимо. Как убежденно говорил герой популярного кинофильма «Антикиллер», убивая очередного «авторитета»: «Ментов убивать нельзя». Подобная дезинформация может оказаться поучительной и для коммерсантов, поскольку и им, нуворишам, не мешало бы время от времени задуматься о своем месте. А уж для населения легенда о «Белой стреле» – это словно бальзам на раны: она укрепляет и поддерживает потускневший со временем образ профессионалов спецслужб, способных на многое, когда им не препятствуют скверно разработанные законы.
И, наконец, по последней версии, «Белая стрела» существует на самом деле. Это не миф, не легенда, это сверхпрофессиональные защитники всех обездоленных, которые только и ждут некоего часа X. Когда же этот час настанет, в разграбленной и несчастной стране воцарится диктатура закона, а политические цели такой организации станут поистине воодушевляющими.
Но миф о «Белой стреле» все-таки в каком-то роде получил свое воплощение, вполне реальное, хотя и частичное. Известно, что в Севастополе прошел подпольный съезд высших членов КГБ, работавших чекистами и в разведке МВД. На этом съезде состоялось учреждение организации «Союз советских чекистов». Основной костяк подразделения составили 19 бывших генералов и офицеров из различных стран СНГ. Поскольку общество являлось изначально нелегальным, то довольно долгое время оно находилось в глубоком подполье, пока, наконец, организаторы не выдержали и не заказали некоему крымскому издательству тиражирование собственной программы, где неприкрыто сообщалось, что штаб намерен распорядиться о формировании вооруженного отряда, первоначально состоящего не менее, чем из 100 человек.
Один из представителей «Союза советских чекистов», член штаба ССЧ, полковник ГРУ в отставке Артур Тарасов, сделал заявление для прессы. Его слова звучали буквально следующим образом: «Мы не исключаем ситуацию, когда кто-то совершит какую-то акцию и „спишет“ ее на нас. Да и мы, если придется показать зубы, сможем вполне официально взять на себя ответственность за свои действия и объяснить, во имя чего мы так поступили. В конечном счете мы хотим стать той силой, которая наведет в стране порядок».
Тарасов вел активную работу в своей таинственной организации, вел переговоры со знакомыми и близкими людьми в украинском правительстве. Не брезговал он и встречами с «авторитетами преступного мира. Дело в том, что к тому времени под эгидой „Союза военных чекистов“ уже возникла ассоциация „Сиакр“, которая требовала значительных денежных вливаний. Судя по последующей реакции Тарасова, результаты визита его весьма удовлетворили. После поездки он сказал представителям прессы: „Кое-что выделили те, кто наворовал, но выделили добровольно. Наша организация никогда ни на кого не давила“.
Не давало покоя союзу чекистов и легендарное «золото партии». Генералы заявили, что смогут, естественно, за отдельное вознаграждение, разыскать счета, которые до сих пор спокойно лежат там, где их оставили бывшие хозяева страны, и вернуть это огромное состояние на родину. Еще раз хотелось бы подчеркнуть, что данная организация не имела никаких связей и аналогий с «Белой стрелой». «Союз чекистов» просто продемонстрировал тенденцию, назревшую в обществе главным образом в правоохранительных органах: кадровые офицеры спецслужб с высочайшей профессиональной подготовкой хотят объединиться, но уже на новом уровне и для решения других задач. И данная позиция представляется весьма характерной для нашего времени.
Подобным же образом делал слабые попытки бороться с организованной преступностью генерал Лебедь еще в то время, когда он был секретарем Совета безопасности. Он мечтал создать команду, которая смогла бы справиться с преступным беспределом в стране. Мало того, Лебедь был настроен настолько решительно, что распорядился подготовить документацию для создания военизированной группы и даже знал, какие именно мероприятия она выполнит в первую очередь. Это подразделение, по мысли Лебедя, должно было находиться под контролем Совета безопасности. В ближайшем будущем генерал планировал собрать под свои знамена около 50 тысяч человек и назвать свое детище «Российский легион».
Служить в этом подразделении могли отставные профессионалы, ранее служившие в специальных подразделениях МВД, ГРУ и ФСБ, а также добровольцы, прошедшие войну в Югославии, воевавшие на стороне сербов. На вопрос, почему именно эти люди удостоились чести быть принятыми в «легион», следовал ответ: «Необходимость противостояния религиозно-духовной воинственности чеченских сепаратистов лучше всего понимают сербы и армяне, испытавшие на себе притеснения турок и познавшие в свое время свободу только благодаря России».
Генерал Лебедь в этом случае проявил непростительную самодеятельность и мгновенно лишился своего поста. И все-таки, несмотря на это, в обществе упорно продолжает существовать идея мощной организации, не признающей контроля со стороны официальных правоохранительных органов и структур. При этом вполне естественно, что таинственная «Белая стрела» состоит из отставных профессионалов, знакомых с методами работы бывших советских спецслужб, но решивших расправиться с засильем криминала собственными методами. Эта мечта пропитала собой воздух несчастной России, а, значит, как и все мечты, она вот-вот может на самом деле реализоваться. Если же эта мечта из просто красивого мифа превратиться в реальность, то российский криминалитет может быть уверен: его ждут более чем серьезные наказания за совершенные незаконные деяния.
Порой в печать просачиваются материалы, что в России находится ряд специальных центров, где инструкторы занимаются подготовкой неуловимых убийц-профессионалов. Вполне возможно, что неплохой полигон для таких баз подготовлен в некоторых кавказских республиках, Средней Азии и Забайкалье. Поплатившийся за свои розыскные работы в городе Чучкове Рязанской области, месте расположения специальной тренировочной базы спецназа ГРУ, трагически погибший журналист Дмитрий Холодов в одной из своих статей замечал: «Здесь готовят наемников и профессиональных убийц криминальные структуры СНГ». Холодов также отмечал, что подготовил серию статей, в которых убедительно докажет, что все его выводы серьезны. Однако даже не месяца не прошло после публикации данной статьи, как Холодов вскрыл дипломат, доставленный на его имя, где оказалась самодельная бомба, запакованная так умело, как могут это делать исключительно профессионалы своего дела. После гибели смелого журналиста больше ни у кого почему-то не возникло желания проникнуть в самое сердце того страшного института, откуда выходят люди с ледяным сердцем, умеющие только убивать – киллеры.
Tags: криминал
Subscribe
Buy for 20 tokens
Речь, конечно же, пойдёт о сослагательном наклонении в английском языке, а это безусловно сложная грамматическая тема, но мы срежем все возможные углы - для наглядности. И в английском, и в русском языках сослагательное наклонение требует прошедшего времени: Если бы да кабы во рту…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments