vitkvv2017

Categories:

Случайный эксперимент, изменивший жизнь американских мужчин

Вьетнамские «призывные лотереи» представляли собой случайный эксперимент, который позволил социологам изучить его влияние на жизнь испытуемых.

Украшенная шторами горчичного цвета и развивающимся американским флагом, комната напоминала зал для игры в бинго. В центре сцены стояла широкая ваза с пластиковыми лотерейными шарами, а рядом с ней – представитель Нью-Йорка Александр Пирни. Когда его рука погрузилась в вазу, он отвёл глаза, словно участник игрового шоу, вытаскивающий призы из чёрного мешка. Почти столько же американских телезрителей, сколько видели посадку «Аполлона-11» на Луну несколькими месяцами ранее, наблюдали за ним сейчас.

Внутри каждой капсулы был маленький листик, который нужно было вытащить, как предсказание из печенья. Но эти бумажные полоски не предсказывали будущее, они его меняли. Надпись на каждой бумажке предусматривала назначение того, что учёные назвали бы «лечебным состоянием» – вмешательства, которое, начиная с того дня, будет меня жизнь испытуемых, точно так же, как таблетка, случайно выбранная в фармацевтическом испытании, могла повлиять на здоровье участника. Пирни вряд ли рассматривал свою роль с данной точки зрения, однако 1 декабря 1969 года он был назначен лаборантом для проведения одного из самых важных случайных экспериментов в истории: лотереи для определения того, кто отправится служить во Вьетнам.

«Лотереи» не только изменили то, как система воинского учёта выбирала мужчин для участия в конфликте во Вьетнаме, но и ознаменовали поворотный момент в истории науки. Присваивая военные обязанности через произвольный фактор, не коррелирующий с личными чертами, лотереи сводились к эксперименту.

Тем не менее, в отличие от большинства научных экспериментов, они полностью меняли жизнь людей. И, в отличие от предыдущих лотерей подобного рода, «вьетнамские» привели к «золотому моменту» в истории человеческой науки. Они появились как раз тогда, когда систематический сбор данных в надёжных форматах пустил корни, но до того, как социальные и поведенческие учёные настолько увлеклись полевыми экспериментами, что чрезмерные старания привели к ухудшению их «естественности».

Теперь, 50 лет спустя, «вьетнамские лотереи» стали дрозофилой социальных наук: образцовым организмом для исследователей, призванным помочь понять, каким образом вмешательство меняет жизни людей, которые с ним столкнулись, по сравнению с теми, кто избежал его совершенно случайно.

Первое исследование, рассматривавшее «вьетнамские лотереи» как эксперимент, вращалось вокруг постоянной общественной проблемы: c чем сталкиваются ветераны после возвращения к гражданской жизни? После того как американские войска покинули Вьетнам, истории о ветеранах, страдающих от трудностей, сопровождающих возвращение к обычно жизни, стали широко распространёнными и были подробно описаны в новостях и инсценированы в фильмах, таких как «Охотник на оленей». В самых трагических случаях страдания ветеранов приводили к смерти. Насколько распространён был такой исход?

Через одиннадцать лет после падения Сайгона Норман Херст, Томас Б. Ньюман и Стивен Б. Халли использовали свои знания о лотереях системы воинского учёта, чтобы разработать исследование, которое ответило бы на данный вопрос. Они не могли просто проанализировать связь между службой во Вьетнаме и смертностью, потому что служба в армии может коррелировать с другими факторами (такими как готовность идти на риск), которые независимо друг от друга повышают вероятность смерти людей. Херст, Ньюман и Халли признали эту проблему и нашли решение: рандомизированный эксперимент, в котором лечение (то есть военная служба) назначается случайным образом.

Лотереи работали именно так. В каждой лотерее даты, представляющие дни рождения мужчин-участников, были случайным образом соединены с числами от 1 до 365 (или 366 для лотерей, охватывающих високосный год). В первой лотерее последовательность дат рождения, взятых из вазы, определяла присвоенный лотерейный номер — первая дата получала лотерейный номер 1; вторая – номер 2; и так далее. В последующих лотереях чиновники улучшили рандомизацию, одновременно извлекая номера и даты рождения из разных сосудов. Число, связанное с каждой датой рождения, определяло порядок призыва мужчин на военную службу.

Эта процедура сделала тех, у кого были меньшие числа, более пригодными к военной службе – не по причине какого-либо личного качества, которое, вероятно, коррелировало с жизненными результатами, а ввиду случайного розыгрыша безобидного признака, не связанного ни с чем – даты их рождения. Именно в этом и заключалась суть. Лотерея была направлена на замену системы, которая непропорционально заставляла мужчин служить, системой, в которой все имели одинаковые шансы. Если то, кого призывать, определяется случайно, значит, не должно существовать никакой связи между службой и личными качествами призывника (социальный класс, раса, терпимость к риску и так далее).

Признавая параллели между лотереями и экспериментом, Херст, Ньюман и Халли начали изучать даты рождения людей, умерших в Калифорнии и Пенсильвании с 1974 по 1983 год. Команда подсчитала число дат рождения, которые потребовались для призыва, и сравнила их с числом дат рождения, не потребовавшихся для призыва. Если лотереи действительно повлияли на уровень смертности, результаты отличались бы.

Вот что они обнаружили. В статье, опубликованной в New England Journal of Medicine, команда сообщила о большей частоте дат рождения, которые были использованы для призыва, среди свидетельств о смерти. Что касается результатов, которые по-прежнему актуальны для ветеранов, команда сообщила, что дата рождения, выбранная для лотереи, увеличила смертность среди мужчин, пригодных к службе, примерно на 4 процента, включая 13-процентное увеличение числа самоубийств и 8-процентное увеличение числа смертей в результате аварий.

Социальные науки никогда не станут прежними – не только из-за результатов (которые, как позже выяснилось, со временем исчезли), но и ввиду применённого метода. Херст, Ньюман и Халли продемонстрировали, что иногда эксперименты, необходимые для ответа на важные вопросы в социальных науках, не нуждаются в разработке; их просто нужно найти.

Обнаружив экспериментальные свойства лотерей, социальные науки поняли, что их изучение может дать ответы на ряд других сложных вопросов.

Рассмотрим, например, то, как жизненный опыт взаимодействует с генетическими способностями индивидов. Согласно исследованиям Лорен Шмитц и одного из нас (Конли), призыв в армию подталкивал мужчин, которые были генетически предрасположены к курению, к тому, чтобы начать это делать. Как правило, нельзя случайным образом назначить курение в научном исследовании; каждая лотерея эффективно делала это ввиду постоянного доступа к сигаретам, который предоставляли призывникам.

Ещё более примечательным является то, что лотереи проливают свет на вопросы, которые только кажутся касательными. В 1990 году экономист из Массачусетского технологического института Джошуа Ангрист стал первым, кто использовал «призывные лотереи» в качестве эксперимента для изучения социального и экономического опыта. В ставшем классическим исследовании Ангрист обнаружил, что белые мужчины в 1980-х годах получали 15-процентный штраф за призыв, в то время как чёрные мужчины не сталкивались с таким неравенством. Этот результат стал ярким доказательством предвзятости рынка труда: если вы столкнулись с дискриминацией, ограничивающей ваши возможности трудоустроиться на «гражданке», потеря двух лет гражданского опыта не имеет значения. Случайный характер лотерей исключал болезни, личные проблемы и прочие явления, связанные как с уходом с рынка труда на несколько лет, так и с более низкой заработной платой. Таким образом, исследование Ангриста дало достоверную оценку того, как выход с рынка труда влияет на доходы.

Исследование Ангриста ускорило изучение «призывных лотерей» и помогло запустить то, что впоследствии назвали «каузальной революцией» в социальной науке — трёхдесятилетний непрерывный поиск других «естественных экспериментов» для выяснения причин и следствий. Как бы там ни было, лотереи, связанные с призывом на службу во Вьетнаме, остаются выдающимся естественным экспериментом, использование которого распространилось даже за пределы вьетнамского поколения.

Так в 2018 году группа исследователей, включая Мэтта Макгью, Уильяма Дж. Яконо и двух из нас — Доуза и Джонсона — изучила влияние лотерейных номеров, присвоенных мужчинам, и военной службы на решение последующего поколения пойти в армию. Задолго до этого социологи заметили высокую связь между профессиональным выбором родителей и их детей. Такая связь может быть вызвана различными факторами: выбор профессии родителями может служить примером для их детей или подчёркивать преимущества работы. С другой стороны, эта связь может быть биологической: генетическое наследование определённых навыков или качеств может повысить вероятность того, что дети в конечном итоге выберут те же профессии, что и их родители. Изучение долгосрочных последствий «призывных лотерей» позволило исследователям разобраться в этих возможностях.

Результаты показали, что сыновья призывников с большей вероятностью шли на военную службу. Ключевая идея исследования заключалась в более широком вопросе профессионального наследования: если дети выбирают работу, которая была случайно назначена их родителям, то мы знаем, что не биологические качества родителей ответственны за этот феномен. (Параллельные исследования Сарены Ф. Гудман и Адама М. Исена пришли к аналогичному выводу, используя полный набор данных всех федеральных налоговых деклараций США.)

В политологии исследователи изучали лотереи, чтобы понять, как воздействие публичной политики влияет на гражданскую жизнь. Тиффани С. Дэвенпорт обнаружила, что родители, чьи сыновья получали лотерейные номера, обязывавшие их к военной службе, голосовали с большей частотой, чем родители, чьи сыновья не получали таких лотерейных номеров – эффект, который был наиболее ярко выражен в городах с военными потерями. Джейсон М. Линдо и Чарльз Стокер, два экономиста, интересующиеся антисоциальным поведением, использовали лотереи, чтобы показать, как подверженность насилию (например, во время военной службы) приводит к насильственному поведению самой жертвы. Исследователь бизнеса Дуглас Х. Франк обнаружил, что статус призывника влияет на восхождение индивидов по корпоративной лестнице. В разных дисциплинах лотереи стали инструментом для понимания проблем в социальных науках и привели к контекстуальным исследовательским проектам по всему миру.

Вьетнамские «призывные лотереи» проводились на пороге информационной эры, и это могло бы объяснить волну исследований, сосредоточенных на них. Правительство США проводило аналогичные лотереи для мобилизации во время Первой и Второй мировых войн, но инфраструктура для отслеживания «субъектов» состояла, в лучшем случае, из бумажных форм, вложенных в картонные папки. Объединение этих записей, если они сохранились, с информацией о результатах мужчин, имевших право на участие в более ранних лотереях – непомерно дорогостоящий вариант. Поэтому эти лотереи трудно назвать «экспериментами» — их последствия невозможно изучить. С вьетнамскими «призывными лотереями», однако, это было возможным, потому что электронные записи и базы данных появились впервые в 1970-х годах.

Тем не менее, почему так много внимания уделяется датированным «призывным лотереям», тогда как сегодня массовые эксперименты происходят регулярно? Каждую минуту технологические гиганты проводят так называемые A/B-рандомизации своих пользователей, несмотря на общественное неприятие этой практики. Вы чаще нажимаете на баннер, когда он красный или синий? Зависит ли это от вашего возраста? Поставщики онлайн-контента знают ответы, и иногда такие эксперименты даже происходят во имя науки. (Вспомните широко обсуждаемое исследование Facebook о том, что печаль заразна, в 2014 году.) Эти Интернет-эксперименты затрагивают жизни большего числа людей, чем призывные лотереи. Однако они делают это тривиально – главным образом, чтобы повлиять на незначительные решения анонимных веб-пользователей. Лотереи вьетнамской эпохи радикально изменили жизнь более чем полувековой мужской когорты, не говоря уже об их семьях и друзьях.

Даже по сравнению с другими крупномасштабными рандомизированными экспериментами, лотереи выглядят особенными. Примерно в то же время, что и вьетнамские лотереи, исследователи развернули эксперимент с отрицательным подоходным налогом (ОПН), предоставляя нескольким тысячам семей, выбранных случайным образом, безусловные денежные переводы на протяжении 14 лет. Исследование показало, что в семьях, получающих субсидии, периоды безработицы длятся дольше, а браки распадаются чаще.

Амбициозный «План помощи семье» Никсона был обречён на провал, и он остаётся впечатляющим, но, как и другие крупные эксперименты, он принципиально отличался от лотерейного эксперимента: экспериментаторы и испытуемые сознательно признавали его как исследование. Мало кто (если вообще кто-нибудь) во время проведения «призывной лотереи» понимал, что участвует в научном эксперименте.

Сегодня такой оплошности, скорее всего, не произойдёт: стайка социологов будет ждать, затаив дыхание, чтобы изучить событие, подобное лотерее. Спекулятивные посты в блогах предупредили бы испытуемых о возможных результатах их статуса – возможно, побудив некоторых отреагировать соответствующим образом и предвзято отнестись к эксперименту. Непреднамеренное и изначально неосознанное превращение «призывной лотереи» в эксперимент делает её уникальной.

«Призывные лотереи» заслуживают признания как беспрецедентный эксперимент, и, что более важно, люди, затронутые ими, заслуживают понимания своей роли в нём. Обычно психологи и социологи проводят опрос участников эксперимента с целью объяснить причин неоднозначности выполняемых ими заданий. В полевых экспериментах присутствует моральное обязательство, что люди должны знать, в чём они участвуют», как выразился психолог Дональд Кэмпбелл. Мужчины, которые принимали участие во «вьетнамских лотереях», вероятно, не знали, что они были частью эксперимента, но сегодня им следует об этом рассказать. Мы должны сделать паузу и рассмотреть обширные знания, полученные от жертв и трудностей тех, кто стал участником лотерей: исключительного, случайного эксперимента.

Специально для читателей моего блога Muz4in.Net – по материалам сайта theatlantic.com

promo vitkvv2017 february 29, 13:37 12
Buy for 10 tokens
wwportal.com ...Целый век с четвертью пресловутая тайна "Марии Целесты" будоражила умы и сердца миллионов, и даже миллиардов людей во всем мире. С тех пор, как специальная комиссия по расследованию загадочного дела об исчезновении всей команды этого парусника в 1872 году…

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded