vitkvv2017

Category:

Выжившая: как Сью Эйкенс обосновалась на Аляске и не дала себя в обиду гризли

В немногочисленных местах, где цивилизация лишь изредка вторгается в дикие леса и добирается до крутых гор, время течет не как в мегаполисах. К 2007 году Сью Эйкенс прожила на Аляске достаточно долго, чтобы не обращать на это внимания. Очередной день редко отличался от предыдущих и приносил умиротворение. Холод и опасности не вгоняли ее в депрессию. У авантюристского поселения в часе лета от Национального Арктического заповедника не было адреса – постояльцы добирались по координатам. Когда в доме Сью на побережье реки Кавик никто не гостил, женщина неделями оставалась наедине с окружавшим ее величием.

Отшельница охотилась только ради еды и одежды, поэтому не воспринимала диких животных как врагов. К тому же, в радиусе 16 километров от ее лагеря проживали 83 медведя, зарегистрированных службами охраны дикой природы. Для Сью гигантские хищники были не идеальными убийцами, а соседями, хотя она держалась от них на расстоянии. Женщина привыкла, что гризли постоянно в поле зрения, поэтому не запаниковала из-за молодого самца, который однажды несколько вечеров подряд ошивался вокруг базы. 

В следующий раз она встретила его уже днем, когда глуповатая морда с черными глазами появилась из-за кустарника в нескольких метрах от нее. Сью отошла от дома, чтобы пополнить запасы: качала воду помпой из реки и отложила винтовку. Прежде чем Эйкенс добралась до оружия, медведь бросился на нее. Обычно гризли обходили ее стороной, но этот увидел в ней соперника: он попытался показать превосходство и завладеть территорией. Хищник зажал голову женщины в пасти и помотал в стороны. А затем утащил оцепеневшее тело в туман сквозь глубокие сугробы и опавшие ветки. 

Сью оставалась в сознании и чувствовала дикую боль, и все же напрягла мышцы до предела. Она догадалась, что нельзя изображать труп – иначе тело навалится на клыки под собственной тяжестью, и мучитель сомкнет пасть. Через пару минут неопытный зверь самоутвердился: жертва истекала кровью в растерзанной одежде. Довольный медведь отправился дальше, смешно переваливаясь с лапы на лапу. Дрожащая Сью медленно открыла глаза — ее схватка за жизнь только началась. 

***

Эйкенс впервые оказалась на Аляске в 1975-м. Девочка взяла игрушечного Тигру из «Винни-Пуха», две пары носков в бумажном пакете и уехала с матерью из родного поселка Маунт-Проспект в Иллинойсе. Сью не знала точно, что произошло, но родители серьезно повздорили, и Айкенс-старшая начала жизнь заново на краю земли. Они поселились в деревеньке в 80 километрах к северу от Фэрбанкса, крупнейшего города Внутренней Аляски. Регион в центре полуострова зимой сотрясали безжалостные морозы, а летом – засушливая жара, но 12-летняя Сью пришла от новой жизни в восторг.

Она с самого раннего детства представляла себя искательницей приключений и смотрительницей маяка, пока сверстницы мечтали воспитывать детей, работать медсестрами и стюардессами. Удаленный регион, в котором человек был гостем, а медведи, волки и лисы – хозяевами, заворожил подростка. Проверка на прочность продолжилась, когда мать отдалилась от Сью ради нового мужчины — тот был не в восторге от взрослого ребенка у подружки. Они по-прежнему жили под одной крышей, но почти не виделись, а еще через пару лет, когда дочке было 16, Айкенс-старшая уехала. Больше девочка ни на кого не надеялась, сама вела хозяйство и справлялась с трудностями. Она познакомилась с местным стариком, который поделился ценным наставлением: «Научись охотиться, иначе умрешь». Он не особо беспокоился о том, справится ли случайная знакомая с этим советом, но продал ей винтовку и несколько пуль – такой капитал на Аляске ценнее всего.

Сью поняла, что север не терпит страданий и сантиментов – чтобы спастись самой, пришлось убивать. «Когда я впервые застрелила животное, я сшила куртку и поела, — вспоминала женщина. — Мне было грустно, но я также чувствовала холод и голод. Животные были моими друзьями, но стали еще и едой. Мне пришлось быстро усвоить разницу между этими двумя принципами». За несколько десятков лет с тех пор она сформировала особое мировоззрение: «Ты получаешь в жизни то, что тебе достается, так что либо принимаешь это, либо добиваешься того, что удовлетворит твои потребности. Я жалела себя какое-то время, но преодолела это и посмотрела на свой путь как на приключение. Я не злилась на мать или других людей. Это сделало меня тем, кто я есть». 

Она обжилась на Аляске: дважды была замужем, и родила двоих детей, а те выросли, завели семьи и уехали в другие штаты. После смерти второго мужа в 2003-м Сью решилась на новую перемену. Он Из обжитых окрестностей она рванула в район реки Кавик, где отметка термометра зимой падала до -73 градусов по Цельсию. Когда она впервые свернула на последний поворот перед поселением, припарковалась и вышла из машины, сквозь почти осязаемый туман на дорогу перед ней вышел огромный старый медведь.

«Если живешь, как я, нужно спокойно относиться к смерти», — философски объяснила Эйкенс. При встрече с медведем Сью испытала одновременно ужас и трепет – она поняла, что именно о таком пограничном ощущении мечтала всю сознательную жизнь. На языке эскимосского народа инупиатов «Кавик» означает «оборотень». Название прицепилось в середине XIX в. из-за популяций волков, которые впечатлили первых иммигрантов многочисленностью и размерами. С тех пор гризли, лоси и овцебыки чувствовали себя в той местности намного комфортнее человека. Иногда природа будто напоминала поселенцам, что они здесь лишние, припорашивая хлипкие лачуги плотным слоем снега и добивая мощными сейсмическими толчками. 

Обычный вечер на севере Аляски
Обычный вечер на севере Аляски

Обычный вечер на севере Аляски

Бесстрашная леди арендовала у местных властей клочок земли в 15 километрах от Северного Ледовитого океана, открыла заправку и организовала постоялый двор для ученых, путешественников и охотников. Она не смогла купить участок, потому что не относилась к коренным племенам – несмотря на опыт и уверенность, любой приезжий оставался здесь чужаком навсегда. С июня по сентябрь к ней приезжали за завтраком, ночлегом и полуночными байками у камина за стаканчиком виски – все остальное время слишком длинные ночи и низкие температуры пугали даже самых отчаянных искателей приключений. Эйкенс привыкла к одиночеству и постоянной темноте. Она полагалась не на часы, а на 36-часовой цикл собственного организма, и заботилась о лисах по соседству – изредка подбрасывала им мясо, вопреки запрету о кормлении хищников. 

Когда солнце не выглядывало вовсе, единственными источниками света оставались луна и полярное сияние. Одетая в медвежью шубу Сью наслаждалась переливами сине-зеленого и еще сильнее убеждалась, что не променяла бы такую красоту на супермаркеты и кинотеатры. Она не изображала дикарку и не отказалась от разговоров с внуками по скайпу, но обычно посвящала спокойные часы чтению или мастерила пуговицы из костей животных. «Я ем то, на что охочусь, – раскрыла Эйкенс свой образ жизни. – Я знаю, какие растения можно добавлять в пищу, а какие обладают целебными свойствами. Ближайший доктор живет в 800 километрах, так что я сама делаю лекарства и накладываю швы. Не закажешь припасы до августа – останешься без них на всю зиму. Так что если не можешь пить кофе без сахара, нужно позаботиться об этом заранее». 

База Сью
База Сью

База Сью

hВ первые годы жизни на Кавике Сью держала собачью упряжку, на которой доезжала до океана и исследовала сеть отходивших вглубь материка рек. Однажды она с командой животных угодила на трещину во льду, образовавшуюся из-за торосной гряды. Половина собак отскочила на отделившуюся льдину, а женщина потеряла равновесие и упала в воду. Она запаниковала – от холода перехватило дыхание, промокшая одежда тянула ко дну, сердце бешено колотилось. За считанные секунды Эйкенс вскарабкалась на поверхность и спасла оставшихся собак – льдина вернулась на свое место и закрыла образовавшийся проем. Если бы не реакция, Сью не выбралась бы из ледяной могилы. В тот момент она настолько явно ощутила близость смерти, что еще несколько лет боялась ступать по замерзшей воде.  

*** 

Нечто похожее она испытала и после атаки медведя, когда лежала в разодранной одежде. Капавшая из ран на лице кровь оставляла во рту соленый привкус и отвлекала. Сью не боялась смерти, но не собиралась сдаваться – это противоречило ее философии и ставило под сомнение любовь к миру, который она для себя построила. Женщина дождалась, пока гризли отойдет достаточно далеко, ползком добралась до хижины и подала сигнал бедствия: «Сью из Кавика нужна помощь, на меня напал медведь». Спасатели к ней не приедут: из-за спокойного голоса женщины они решили, что гризли забрался в лагерь, но не навредил ей лично. 

К тому времени Сью еле держалась на ногах – после нападения медведя бедро вылетело из вертлужной впадины – муфты на поверхности тазовой кости, которая образует тазобедренный сустав. Она вправила ногу, разрезала кобуру и сделала из нее повязку, зашила разрезы на голове и руках. Медведи – переносчики инфекций и болезней, поэтому раненая женщина потратила еще полчаса на обработку ран и дохромала до антибиотиков. Она спаслась от немедленной смерти, но знала, что ее миссия не закончилась: если не разобраться с обидчиком, тот закончит начатое при первой возможности. Сью забрала оружие и дошла до места нападения. Медведь все еще околачивался неподалеку в поисках карибу и обернулся на шум – она замерла напротив него, из последних сил вскинула винтовку и несколькими пулями убила медведя. 

На пути к дому ноги подкосились – действие лекарств закончилось, неправильно вправленный сустав снова вылетел из бедра. Последнюю сотню метров снова пришлось ползти, заряд адреналина закончился – возбуждение сменила адская боль. Лихорадило так сильно, что она даже не добралась до кровати и до радио, чтобы еще раз вызвать помощь. На следующий день ничего не изменилось – Сью не могла сдвинуться с места и с большим трудом дотягивалась даже до питья. Ее знакомый поставщик припасов несколько раз пролетел над лагерем, но не приземлился из-за тумана, хотя удивился открытому настежь топливному сараю. Туман рассеялся лишь на 10-й день после нападения, пилот зашел на посадку и обнаружил Эйкенс в ужасном состоянии. Он долетел с ней до Фэрбанкса, откуда ее отправили на операцию в Портленд.

Восстановление растянулось на несколько месяцев, но после него Сью без сомнений вернулась в место, где чуть не умерла. На тот момент ей было 45 лет. «Я не позволю страху управлять мной, – объяснила она. – Если бы другой медведь напал на меня, и я бы не справилась с ситуацией, это значило бы, что мне там не место. Но когда мы встретились с другим медведем, я перешла в режим защиты и отреагировала, как и должна была». В 2013-м ее пригласили на реалити-шоу BBC Wolrdwide и National Geographic «Жизнь ниже нуля» о людях, выживающих на Аляске в экстремальных условиях. Сью стала звездой программы благодаря харизме и снималась три года, пока не рассорилась с организаторами. Продюсеры заставили ее въехать в пургу на снегоходе. Эйкенс получила серьезные повреждения и слишком долго ждала помощи, пока операторы ловили удачные кадры. Она не капризничала, но умела постоять за себя и ушла из шоу, пригрозив иском.

…Еще через пару лет Сью оставила Кавик. Она знала, что участок с лагерем не отойдет к ней в собственность ни при каких условиях – правительство могло выгнать ее в любой момент или взвинтить ренту. Вместо этого Эйкенс разработала запасной план и приобрела заброшенную территорию с домом в другом регионе Аляски. За 40 лет она слишком полюбила этот штат, чтобы покинуть его, хотя и не исключила перемену в будущем: «Мир – большая коробка с игрушками, в которой можно исследовать много разных мест. Я не буду привязываться к чему-то одному, лучше оставлю дверь открытой для нового. Вдруг вернусь к детской мечте и стану смотрителем маяка». Жизнь за полярным кругом и схватка с гризли внушили неиссякаемый оптимизм.

Одновременно с переездом Сью простила Nat Geo и вернулась на шоу. Фанаты по-прежнему любят ее за суровое обаяние и неиссякаемую страсть к открытиям, а продюсеры получили новую тему: покорительница медведей обживается на новом месте.

По истории Сью пока не сняли полный метр, как по злоключениям Хью Гласса, зато в 2014-м независимая канадская студия Hinterland выпустила игру The Long Dark, которая почти полностью повторяет быт Эйкенс: охота на медведей и волков, пробирающий до костей ветер и завораживающие пейзажи. Разработчики отошли от реальности: сделали животных более агрессивными из-за геомагнитной бури и разбросали десятки брошенных домиков на нескольких локациях, но даже пара часов симулятора за горячим чаем передает атмосферу заброшенности и единения с внешними силами. История Сью словно пробуждает почти языческую ностальгию по временам, которых мы не застали. Приятно жить в удобном мире с крафтовыми барами, круглосуточной доставкой и велодорожками, но внутри каждый иногда мечтает улететь подальше от людей, бросить вызов себе и насладиться холодной красотой мест вроде Кавика. 

Василий Легейдо 

promo vitkvv2017 september 8, 07:00 36
Buy for 10 tokens
Легендарные советские фильмы просмотрены миллионы раз, но вдумчивый зритель всегда найдет множество вопросов, над которыми можно поразмышлять. Будь то просто мелкие нестыковки или сознательно оставленные режиссерами ниточки. Сколько всего было Шуриков — один или несколько? Как Лукашина пустили в…

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded